Он взял еще кишлак. В том-то кишлаке казнил местных представителей власти и обещал, что в следующих кишлаках они умирать будут дольше и тяжелее».
И население верило. То, что под властью Джунаида будет жить сытнее – это смотря кому будет сытнее, а вот убить и замучить – этого можно и дождаться, и даже в двойном объеме. Это та самая Азия, и здесь от начальства ждут разных проявлений его власти. Слышал Егор рассказ, что некий бухарский бек в прежние времена ворвался с джигитами в кишлак, чем-то возмутивший его чувство прекрасного, наловил пяток человек и без долгих разбирательств приказал отрубить им всем головы.
Пока рубили головы первым четырем, он отчего-то передумал и приказал пятому отрубить только руку и ногу. Отчего, ну кто знает? Пятый упал на землю и стал целовать ее, осыпая благодарностями бека, что проявил к нему такую милость. И местные считали это несказанной милостью – мог бы и приказать кожу содрать, а ВСЕГО ЛИШЬ руку и ногу отрубил!
Всего лишь… И что за мысли возникают под тюбетейками или чалмами местных жителей, если они все-таки поддерживают басмаческих курбаши и что-то против советской власти делают, хотя должны бы понимать, что при этой власти с ними поступят более милостиво, нежели чем при хане Джунаиде или эмире Сейид-Алиме? Или они считают, что все, что приносит новая власть настолько taqiqlangan, что лучше камчой от хана, чем лепешку от этой власти? И сколько времени понадобится, чтобы эти головы заработали?
Хотя эти ожидания не беспочвенны.
Был такой курбаши, Муэтдин-бек."
"«13 мая 1921 года Муэтдин произвел нападение на продовольственный транспорт, шедший по Куршабо-Ошской дороге в город Ош. Транспорт сопровождался красноармейцами и продармейцами, каковых было до 40 человек.
При транспорте находились граждане, в числе коих были женщины и дети; были как русские, так и мусульмане. Вез транспорт пшеницу – 1700 пудов, мануфактуру – 6000 аршин и другие товары. Муэтдин со своей шайкой, напав на транспорт, почти всю охрану и бывших при нем граждан уничтожил, все имущество разграбил. Нападением руководил сам и проявлял особую жестокость.
