Сейчас ты учишься ставить свой авторитет среди других. А без авторитета никуда!
— Х-х-хорошо, — послышался всхлип в мой халат. — Я просто не знал…
— Ну вот сейчас будем ставить авторитет, — прищурилась я, глядя на аккуратную рубашечку и чистую форму. — Возможно в угол. Возможно в позу! Дай-ка сюда! Оп! Ап!
Я закатала ему штанину, испачкала ее пылью. Воротник рубашки я вытащила наполовину и поставила. А пиджак изваляла на полу, порвав его несколько раз.
— Отлично! Все должны знать, что ты у меня — главный хулиган! — вздохнула я, разукрашивая помадой «ссадины».
— Ты только что подрался!
— Я не хочу драться, — вздохнул мой малыш, опустив хвостик.
— Ты не должен выделяться среди остальных, — напомнила я, рисуя смачный кровоподтек на щеке. — Куда портфель! Я его еще не пинала, как следует!
— Хорошо, мам, — вздохнуло мое маленькое безобразие, утерев нос.
— В этом мире, сынок, ценится ум, хитрость, сила и хватка. Остальное в этом мире не ценится, — вздохнула я, выпроваживая за дверь моего «хулигана».
Несколько часов я наводила порядок. Пришлось прожечь ковер, оборвать штору и размазать грязь по стене.
— Так, где еще мама не нагадила? — спросила я, разбивая лампочку. — Ну все, сынок! Ты у меня просто исчадье!
— Ма-а-ам! — влетел в комнату маленький вихрь и сбросил огромный портфель на пол. Портфель упал и чуть с грохотом не проломил пол. — На уроке был Его Величество! Он задал выучить за час стихотворение! Оно называется…
На меня посмотрели очень грустные глаза, наполненные слезами.
— С-с-смерть… мамы, — голос моего маленького совсем сник. — Вот…"
"На мятой бумажке был написан душераздирающий стих. А я все еще отходила от новостей. Неужели его величество завалилось на урок?!
— Он так и сказал, что пока наблюдает! Мы сидели, все шалили, а тут дверь открылась, — всхлипывал голосок. — И вошел он! Он улыбнулся и сказал: «Не обращайте на меня внимания!». И прошел за заднюю парту. А потом учитель дал нам это стихотворение… И сказал, чтобы мы выучили! Я проверю! Так и сказал!
— Маме плохо целый день… — прочитала я, глядя почему-то на дверь.
— От нее осталась тень…
— Его величество теперь сказал, что будет ходить на каждый урок, а мы… а я… — переживал мой комочек нервов.
— Ну что ж! Давай учить! — усмехнулась я, глядя на жалостливый стих. Интересно, что его величество проверяет? Насколько бесчувственный ребенок? Привязан ли он к родителям, или нет?
— Не могу-у-у-у, — всхлипывал голосок, давясь слезами.
