— Эээх!
Мама старательно выкалывала портретам глаза, писала всякие пакости, пока на диване слышалось сопение.
— Так, а теперь домашнее задание! — достала я тетрадку. — Придумать десять пакостей… хм… понятно! Ой, ой-е-е-ей! Караул! Ну вот кто так пишет в тетради? Придется лист вырывать!
— Дамашнее задание, — написала я коряво и тут же нарисовала жуткую рожу. Встряхнув перо, я оставила вереницу клякс на странице. — Итак, пакость первая… Ну, милый, ну ты чего? Я тебя умоляю! Что значит, назвать соседа дураком! Где же ты видел такие пакости?
Перо скрипело, оставляя уродливые буквы и рожи, пока я сидела при свете свечей и переделывала домашнее задание.
Надо будет не забыть загнуть угол тетради!
Чтобы получить тройку или четверку нужно выполнить домашнее задание. А вот чтобы получить двойку нужно придумать вескую причину, чтобы не выполнять! Взорвать класс, например. Или устроить какой-нибудь локальный Армагеддон. Или врать так, чтобы учитель тебе поверил. И только тогда тебе поставят твою двойку. За хитрость, изворотливость и силу, которые так ценятся среди демонов!
— Он у меня отличник! — вздохнула я, переписывая детскими каракулями и придумывая пакости на ходу.
— Какой позор! Мама, между прочим, двоечницей была! Круглой! Ни одной тройки в аттестате! Меня даже на стену почета повесили «Наши двоечники. Трепещи мир».
Бутерброды с маслом, которые шлепаются всегда маслом вниз — это уже классика.
— … на новые штаны или юбку! — дописала я, слыша посапывание с дивана. — Пакость номер… Эм…
Я нарисовала огромную задницу, тщательно ее разукрашивая.
— Готово! — выдохнула мама, откидываясь на стул. Я прокралась к будильнику и перевела стрелки на час назад! А потом улеглась спать.
Наконец-то мы опоздаем на урок!
Я повернулась на другой бок и уснула.
— Мама! — послышался плач, от которого я тут же проснулась. — Мам! Что ты сделала! Это ты писала?! Я же не так пишу!
С трудом продрав глаза и разлепив мозги, я уставилась в свои ночные каракули. Кляксы рассыпались по странице, уродливые рожи скалились в издевательских улыбках.
— Зачем ты это нарисовала? — спросил меня всхлипывающий голосок.
— Как зачем? Это же обереги! Они оберегают работу от проверки! — ответила я, свешивая ноги и хвост.
— И вот как я это показывать буду? — спросил меня наивный голосок, размазывая слезы. — Я же так старался! Писал!
— Милый, — прижала я его к себе, поглядывая на время. — Чем больше ошибок, тем лучше! А знаешь почему? Потому что отличников не любят! Над ними все смеются.
