— Нет, — покачала я головой, слегка краснея и переводя взгляд на стынущий на обнаженном плече поцелуй.
— И так тоже не больно, — прошептала я, целуя его губы и расправляя его волосы. Отклонившись назад, я принимала поцелуи.
Я вот тут подумываю, как сказать, что нужно съездить по одному адресу и забрать очень толстых котиков… В количестве примерно десять штук… Возможно, их уже больше. Я знаю этих котиков! Отвернешься, а их уже больше! Ладно, завтра кого-нибудь пошлю. Королева я или как? Никак не могу привыкнуть!
— Почему ты тогда убежала? — послышался голос, пока по моему телу скользили его руки.
— Потому что у тебя под диваном сидел Тыкдык, а в комнате был заперт ребенок, — произнесла я, отвечая на короткий поцелуй. — Выбирая между самым лучшим мужчиной и ребенком, я выбираю ребенка…"
"— Значит так, да? — послышался шепот, а в меня впились страстным поцелуем, чтобы тут же пожалеть нежным прикосновением губ. — И откуда ты знала, что ты мне нравишься?
— Наверное, потому что вижу твою тень, — ответила я.
— Я думала над этим. Скорее всего, когда малыш умирал, я забрала часть каких — то способностей. По-другому я не могу это объяснить…
— Значит, ты всегда видела мою тень, — послышался голос, меня обнимали. Я смотрела на нас в зеркале. Синяк почти прошел.
— Так все-таки, кто его поставил? — послышался голос, когда я сладко вздохнула, крутясь в постели и потягиваясь. Я в тысячный раз пересказала всю историю с Тыкдыком.
— Почему я тебе не верю? — послышался голос, когда я зевнула, проводя кисточкой хвоста по груди мужа.
— Не знаю, — пожала я плечами. — Наверное, потому что ты никогда не спал с ним в одной постели!
— И как часто я имел дело с тобой, а не с ним? — послышался еще один каверзный вопрос.
— Почти всегда. Только в самом начале и в самом конце был настоящий мальчик, — ответила я, сладко улыбаясь и укладываясь спать.
Сын уже спал. Я проверяла.
Мы уже почти уснули, как вдруг скрипнула дверь. Я сонно подняла голову.
На кровать карабкалась огромная туша, топчась по нам.
— Кхе! — выдала я, пытаясь предупредить об опасности мужа. Но не успела. Тыкдык уселся на задницу и выставил ногу, словно каратист, чтобы почистить себе уши.
— Ай! — послышался тихое.
— Показывай, — усмехнулась я, глядя на руку мужа, прикрывающую глаз. На пару минут у него проявился синяк, как вдруг сам стал рассасываться.
— Еще вопросы есть? — спросила я, слыша «лизь, лизь».
