Глаза отца немного потемнели, он жестом указал нам на кресла перед его столом:
– Прошу садиться, расскажите мне о своих дальнейших планах.
Расположившись, я нерешительно посмотрела на Ниркора, и тот, поняв меня без слов, начал рассказывать.
– Мы решили создать себе дом, место и вид жилья выберет Ариадна.
– Вы будете продолжать работать в академии? – напряженно смотрел на моего супруга отец.
– Пока Ариадна не закончит обучение.
– А потом?
– Потом она будет заниматься чем пожелает и частично выполнять обязанности второй женщины рода, чтобы в свое время принять их у моей матери.
Я же начну готовиться к смене отца.
– В этом есть острая необходимость?
– Нет. Но кто знает, что будет завтра…
Взглянув на меня, родитель неожиданно горячо добавил:
– Не забывай свою семью.
– Конечно, – уважительно склонила голову я, растерявшись от столь непривычной демонстрации чувств.
Но отец быстро взял под контроль свои эмоции и произнес со знакомыми твердыми нотками в голосе:
– Надеюсь, вы погостите подольше.
Ужин как обычно.
Поняв намек, мы откланялись.
Оказавшись в коридоре, я настороженно посмотрела на Ниркора, ожидая его реакции. Как он оценит порядки в моей семье?
– Я знаю, что ты хочешь услышать, но не могу подобрать слов, чтобы выразить свои впечатления.
Взяв за руку, супруг повел меня в сад, который виднелся из открытых дверей на веранду. По пути мы встретили моих сестер, брата с его теперь уже женой. Все смотрели с любопытством, кивали, но ждали ужина и официального знакомства.
Когда мы подошли к одной из лавочек, супруг всплеснул руками:
– Когда я отправлял тебя домой на каникулы, то хотел, чтобы ты расслабилась в семейном кругу, напиталась теплом. И сейчас мне сложно понять то, что я вижу.
– Ты не прав. Когда я поступала в академию, признаюсь, была обижена на свою семью, но случившиеся с того времени события заставили меня пересмотреть свое отношение. Мои родные такие, какие они есть. И когда в моей жизни случились трудности, меня подозревали в убийствах и я носила красное платье, семья и род поддержали меня.
В трудной ситуации они встали стеной. Я ценю это. Да и мачеха обладает честью и достоинством. Она могла для меня ничего не делать, я всего лишь бастард, но она воспитала меня наравне со своими детьми. Да, может, я не получила тепла или материнской заботы, но зато мне было дано все необходимое для жизни. Это тоже нужно ценить.
– Прости. – Ниркор поднес мою руку к своим губам и быстро поцеловал каждый палец.
