Поворачиваюсь к проницательной зеленоглазой малышке и улыбаюсь:
– Твоя мама меня обижает.
– Правда? – изумленно вскидывает брови она.
Ее реплика звучит так громко, что Джессика поворачивается и с интересом наблюдает за нами. Я наклоняюсь ниже, чтобы Джес не услышала, и тихо произношу:
– Если я расскажу тебе, ты же не решишь, что я ябеда?
Лизи смеется и отрицательно кивает головой.
– Я попросил твою маму о помощи, а она ответила мне отказом. Представляешь?
Она ахает, и я улыбаюсь:
– Боюсь, она разбила мне сердце.
Ой, вот только не нужно читать мне нотаций по поводу эксплуатации чужих детей.
– И поэтому ты грустишь?
Киваю.
– Знаешь, что помогает мне, когда я грущу?
– Что?
– Мороженое со вкусом печенек. Приходи ко мне сегодня, поедим вместе!
– С удовольствием, – усмехаюсь я.
А затем Лизи подается вперед и обнимает меня. Я теряюсь. Но затем обнимаю ее в ответ. Краем глаза замечаю удивленный взгляд Джессики и победоносно улыбаюсь.
Вот я и окажусь этим вечером в твоей квартире, Джессика. И в тебе.
Один-один, стерва.
Глава 22
Alt Bloom – West Coast
Тиджей
После окончания матча мы рассаживаемся по автомобилям и едем к дому того самого парня, которого я считаю недостойным Эбби."
"Рид О’Хара – капитан хоккейного клуба «Орлы Лос-Анджелеса», легенда, один из самых высокооплачиваемых хоккеистов НХЛ. Однажды Эбигейл чуть ли не плакала на моем плече из-за него. Вот почему я так ненавижу его. Никто – слышите, никто! – не имеет права доводить эту прекрасную девушку до слез.
Но сегодня я должен быть паинькой и засунуть свою ненависть к нему подальше.
Ведь я трахаю его сестру. И не просто трахаю, я собираюсь пригласить ее на настоящее свидание.
Вы не ослышались, я правда это сказал.
Я аргументирую свое желание тем, что сперма ударила мне в мозг.
Напоминаю: семь дней без секса, господа и дамы.
Подъезжаю к огромному поместью тупого качка и, оставив машину у подъездной дорожки, спускаюсь по крученой лестнице вниз, к океану, большие волны которого стремительно несутся к песчаному берегу.
Яркое солнце постепенно прячется за линию горизонта, исчезая где-то в голубой воде, а теплый ветерок развевает занавески из белой ткани, украшающие деревянные балки навеса над длинным прямоугольным столом, сервированным к праздничному ужину. На нем – множество маленьких стеклянных вазочек с одинокими пионами белых, розовых и малиновых оттенков. Девушка в белой рубашке ставит на стол блюда с закусками и салатами, пока другая, постарше, расставляет бокалы.
