Она опускается передо мной на колени и помогает спустить штаны вместе с боксерами.
Да, я трахал своего менеджера. И не один раз.
Обычно я не сплю с тем, с кем работаю, но если это никак не влияет на рабочий процесс, то почему нет?
Она любит секс. Я люблю секс. И это никак не мешает нашим рабочим отношениям.
Провожу кулаком по налившемуся члену, и Мелани облизывает губы. Прежде чем она мне отсосет, запускаю руку в ее каштановые кудрявые волосы и притягиваю к себе для поцелуя. Немного поддаюсь вперед и кусаю за нижнюю губу, но, в отличие от одной стервы, Мел не кусает в ответ.
Лишь слюняво касается своим языком моих губ. Не разрывая поцелуя, она обхватывает пальчиками мой член и начинает жестко водить по всей длине.
Приятно.
Отрываюсь от губ Мелани и облизываю свои. Отодвигаюсь, откинувшись на спинку стула, и пристально слежу за тем, как она вновь облизывает губы, не переставая работать рукой.
Смотря мне прямо в глаза, она наклоняется вперед, но перед моими глазами лишь Джессика.
Дерьмо.
Мой член по-прежнему тверд, но я… не хочу, чтобы минет мне делала Мелани.
Я хочу трахаться с Джессикой. Ну или одна из моих личностей этого хочет. Не столь важно.
– Мел, стой, – выдыхаю я, когда она собирается слизать каплю смазки, появившуюся на головке.
– Что не так?
Провожу рукой по волосам.
Все не так.
Ты не блондинка.
У тебя не голубые глаза.
И ты не посылаешь меня к черту.
– Я не кончу, – произношу вместо этого.
Мелани сводит брови к переносице.
– Мысли просто не здесь, Мел. Прости.
– Ничего.
Она поднимается с колен, и я вижу на ее лице недоумение.
Натягиваю одежду и упираюсь локтями в колени, опустив голову и потерев переносицу.
Что за дерьмо?
– Хочешь поговорить? – интересуется Мелани, упершись плечом в стену.
Точно не о Джессике.
Лучше о том, что я пишу ублюдские песни.
Если хотите, называйте это творческим кризисом. Очень затянувшимся творческим кризисом, учитывая, насколько я никчемен.
– Я мудак?
Она вскидывает брови:
– Да, ты редкостный мудак. Никогда не говори девушке, которая собирается тебе отсосать, что ты не кончишь.
Издаю смешок:
– Мел, я же извинился.
– Я шучу. Почему ты решил, что ты мудак?"
"– Я хорош в постели?
Вскидывает бровь:
– Ты решил потешить свое самолюбие или что?
– Просто ответь.
– Да. В постели ты великолепен.
– А в музыке?
– К чему ты клонишь?
– Мне двадцать семь, а люди знают меня не как хорошего музыканта, а как секс-гиганта.
– Ну что поделать, если у тебя здоровенный член.
Закатываю глаза.
