Раньше я хорошо училась. В старой школе. До травли, — призналась Дилара. — А потом забила. Да и родители всегда говорили, что оценки не главное. Папа как-то сказал, что в любом случае запихает меня в мед, и я перестала париться. К тому же многие учителя мне просто так тройки рисуют. Конечно, директор в папиной клинике зубы делает. Да и не только он…
— А с репетиторами ты занимаешься? — вздохнула я.
— По химии и по биологии, потому что их сдавать надо для поступления. Но их я тоже особо не понимаю. — Дилара вздохнула.
— Хотя на математику и русский вообще забила. Честно говоря, не знаю, как буду учиться в академии. Стану посмешищем. Да забей.
Она криво улыбнулась и хотела было повести меня обратно в класс — перемена должна была вот-вот закончиться.
— Слушай, а если найти репетитора, который бы нашел твои пробелы и стал бы тебя натаскивать на те же тесты по математике? — спросила я.
— Не хочу, — замотала головой Дилара. — Я слишком для этого тупая, правда!
— А хочешь, я с тобой буду заниматься? — спросила я, а подруга лишь рассмеялась в ответ и все-таки потащила меня в класс.
— Надо будет узнать про то Барса и Настю, — по пути сказала она. — Ты официально его девушка. Пусть ведет себя подобающе.
Я ничего не успела ответить ей — рядом с кабинетом увидела Малиновскую и Барса, который стоял к нам спиной и не видел.
— Где Власов, Малина? — спокойным голосом спросил он.
— Да не знаю я! — выкрикнула она нервно. Кажется, больше всего на свете ей хотелось сбежать, но Лика не могла этого сделать.
— Да ладно? — усмехнулся Барс.
— Правда, не знаю!
— Ты передала ему, чтобы в школу пришел? Я с ним еще больше поговорить хочу, чем раньше.
— Он не отвечает…
— Телефон, — велел Барсов, и глаза Малины забегали. — Дай свой телефон.
— Зачем?
— Позвоню твоему дружку-пирожку. Я же его одноклассник. Если он болеет, навещу его. Принесу апельсинчики, — усмехнулся Барс. — А то мне очень не нравится, что он к моей девушке клеился. Поговорить бы нам с ним надо.
Моей девушке… Это прозвучало так уверенно, будто бы мы с ним, и правда, были парой.
Жаль, что это не так.
Однако взять телефону Малиновской Барс не успел — появилась учительница и загнала всех в класс, потому как прозвенел звонок. Весь урок Барс делал вид, что меня не существует, а на перемене, сев на нашу парту, небрежно кинул:
— После школы пойдешь со мной.
— Куда? — безразлично спросила я, складывая ручки в пенал.
— Куда скажу. И еще, детка. Не груби мне и улыбайся.
