"Пролог
Я кралась по коридору, затылком чувствуя взгляд. За мной точно кто-то следил, от этого хотелось ускорить шаг, но нельзя.
«Это все страх, — говорила я себе. — Нужно собраться, взять себя в руки. Леди Николь бы точно собралась».
Если половицы заскрипят, меня могут услышать и раскрыть. Будучи по природе своей ужасно неуклюжей, мне приходилось быть предельно аккуратной, чтобы в темноте дойти до лестницы, ничего не опрокинув, а после, подняться на второй этаж.
Так же тихо я кралась и по коридору второго этажа и, когда, наконец, открыла дверь и зашла в комнату, вздохнула.
Негромко, чтобы не разбудить соседа, должен был спать на кровати напротив.
По щелчку пальцев загорелся свет. Я вздрогнула, увидев Дэниела, сидящего на кровати с ухмылкой на все лицо.
«Все пропало!» — промелькнула мысль. Дэниел был настоящим проклятьем для меня! Точно Духи наказали за все прегрешения, подсунув его ко мне в комнату.
А ведь у меня должна была быть соседка! Соседка, милая девушка по имени Лилит… Но вместо нее оказался напыщенный, наглый, надменный Дэниел.
А руки у него росли из задницы, даже самую простую работу выполнить не мог, за что доставалось целому штату прислуги.
— Итак, что мы имеем? — ухмыляется он. — Одна служанка ночами не сидит в комнате, а расхаживает неизвестно где. Непорядок.
Я сжимаю подол юбки, от нервов закусываю губу. Все точно пропало! По его наглым глазам читаю, молчать он не намерен.
А ведь если раскроется правда, пострадаю не только я…
— Только не рассказывай никому… — прошу я с надеждой, глядя, как светятся наглые глаза от самодовольства.
Дэниелу от просьбы и растерянности становится веселее.
— Волосы растрепаны, щеки горят… — продолжает он. — Какая ты бесстыдница, Лисса.
— Ты ведь не расскажешь? — спрашиваю с надеждой.
Должна же быть хоть капля человечности в нем? Мы ведь все-таки здесь слуги, он должен понимать, чего мне будут стоить такие вылазки.
— Смотря, что мне за это будет.
Я сглатываю. Даже представить страшно, что ему может быть нужно.
— И что ты хочешь? — спрашиваю испуганно я.
Парень встает с кровати и хлопает по ней ладонью.
— Начнем с простого, — ухмыляется он. — Думаю, ты очень хочешь ее заправить…
1
Дэниел
Ничто так не портит женщину как истерика. Стоит милой девушке наморщить нос и начать орать во все горло, и она перестает быть привлекательной.
Ну а когда у нее от негодования надуваются губы и краснеют щеки от злости, хочется поскорее забыть эту леди. Прямо как сейчас.
