"Джулия Куин
Где властвует любовь
Пролог
Шестого апреля 1812 года, ровно за два дня до своего шестнадцатилетия, Пенелопа Федерингтон влюбилась.
Это был незабываемый момент, восхитительный и волнующий. Земля содрогнулась у нее под ногами. Сердце екнуло в груди. Дыхание перехватило. Что, впрочем, не помешало ей не без удовлетворения отметить, что виновник всего этого – некий Колин Бриджертон – испытал точно такие те же ощущения.
Не в смысле влюбленности. Нет, он не влюбился в нее в 1812 году (и не в 1813-м, и не в последующие годы с 1814 по 1822-й, и не в 1823 году, когда его просто не было в стране).
Но земля под ним содрогнулась, сердце екнуло, и Пенелопа ни на мгновение не усомнилась, что дыхание у него перехватило. Секунд на десять, не меньше.
Еще бы! Падение с лошади и не такое способно сотворить с человеком.
А случилось вот что.
Она прогуливалась по Гайд-парку со своей матерью и двумя старшими сестрами, когда ощутила сотрясение почвы под ногами (смотри выше: земля содрогнулась!).
Воспользовавшись тем, что мать, по обыкновению, не обращает на нее внимания, Пенелопа ускользнула на секунду, чтобы выяснить, в чем дело. Остальные члены ее семейства, занятые разговором с виконтессой Бриджертон и ее дочерью Дафной, которая начала свой второй сезон в Лондоне, сделали вид, что ничего не замечают. Бриджертоны занимали слишком высокое положение в обществе, чтобы семейство Федерингтон могло пренебречь разговором со столь важными, как они, особами.
Обогнув дерево-с толстым стволом, Пенелопа увидела двух всадников, мчавшихся сломя голову в ее сторону, – или, как принято говорить, болванов в седле, которым наплевать на свою жизнь и здоровье. Сердце Пенелопы учащенно забилось (трудно сохранять, безмятежность при виде столь волнующего зрелища), что потом дало ей полное право утверждать, что ее сердце екнуло…
И тут, по какому-то необъяснимому капризу судьбы, порыв ветра сорвал с ее головы шляпку, которую Пенелопа, к неудовольствию ее матери, плохо завязала под подбородком, поскольку лента натирала ей шею, поднял ее в воздух и швырнул прямо в лицо одному из всадников.
Пенелопа ахнула: мужчина вылетел из седла и весьма неэлегантно приземлился в ближайшую лужу.
Без тени раздумья Пенелопа бросилась к нему, выкрикивая что-то, что должно было выражать ее беспокойство по поводу его самочувствия, но, как она подозревала, скорее напоминало полузадушенный вопль.
