"Виктория Вестич
Чужая жена для главы мафии
Пролог
Он настигает меня в два шага, от неожиданности я даже отпрянуть не успеваю, только дергаюсь, когда Север хватает мой подбородок пальцами и осматривает. Оценивающий взгляд опускается ниже, на фигуру, и меня передергивает. Словно товар разглядывает.
А я… я до сих пор не могу поверить в его слова, что сегодня ночью вместо мужа будет его брат. Это просто дурацкий розыгрыш, по-другому и быть не может!
— Это шутка какая-то? — наконец выдавливаю я едва слышно, — Вы меня так проверяете?
— Шутка? — хмыкает Артур с хищной улыбкой, — Похоже, что я люблю шутить?
Смотрю на его грозную фигуру, в глаза, в которых клубится тьма, и сглатываю.
Север словно понимает, что я отказываюсь до конца верить в происходящее и оборачивается к брату.
— Что ты сказал в ту ночь, братец? — обращается он к Паше.
Мой муж молчит, затравленно глядя в сторону, и в голос Севера добавляются угрожающе-рычащие нотки, когда он подгоняет его с ответом:
— Ну?!
— Что лучше отдам свою жену хоть толпе мужиков, чем сдохну, — глухо звучит в ответ.
Остекленевшим взглядом я неверяще смотрю на Пашу, но он усиленно отводит глаза.
— Она девственница? — уточняет Артур сухо.
— Да. Я ее не трогал, и никто другой тоже.
— Это правда? — в лицо мне впивается цепкий взгляд.
Север снова хватает меня за подбородок, заглядывает в глаза и холодно чеканит:
— Отвечай.
— Д-да, — киваю, дрожа всем телом.
— Хорошо, если так, — с ухмылкой обводит пальцем мои губы Артур, и бросает через плечо, — Учти, если обманул, вам обоим конец.
Не могу поверить, что это все правда. Жадно слежу за мужчинами, жду, что сейчас оба расхохочутся надо мной, что я повелась на такую идиотскую шутку, но они молчат. Паша избегает моего взгляда, а Артур… он и правда вообще не похож на человека, который станет как-либо шутить.
— Ну что, невеста, поиметь тебя прямо здесь, на глазах у муженька? — ухмыляется Север, растирая помаду по моим губам пренебрежительным жестом.
Вскидываю на него глаза и тут же сталкиваюсь с черными омутами. Север следит за мной с интересом. Словно зверь разглядывает загнанную в угол добычу и размышляет, что же с ней делать — растерзать сразу или вдоволь наиграться перед тем, как уничтожить. Мне перестает хватать воздуха, но я все равно стою, как околдованная, и не могу отвести взгляда.
— Пшел вон отсюда.
