И едва вошла, не сдержала вопль:
— Только аккуратно, если инор Осане увидит ваши перепачканные сладостями мордашки и ладошки, он меня…
Полсотни взрослых мужчин посмотрели на меня так, что, несмотря на статус знающей, я ощутила свое ничтожество. Видимо, эмоциональное истощение дало свои плоды, и, пожав плечами, я произнесла, обращаясь скорее к самой себе:
— В любом случае особой разницы уже нет…
Хранящий Адан понимающе улыбнулся и совершил подлость:
— Итак, кто выиграет самый вкусный приз для маноре Манире?
Это была одна из моих идей по оптимизации обучения.
Тогда инор Осане не поддержал меня, а вот хранящий Адан — с большим энтузиазмом, и в результате для младших групп всех академий, кроме Ранмарн, были изготовлены сладости в виде памятников архитектуры Талары. Дети получали сладости в виде поощрения, а тут… Судя по всему, все эти шоколадные города покоренных народов, замороженные молочные хлопья, отображающие даты, и сладкие фруктовые конфеты, повторяющие божественный пантеон покоренных народов, изготовили специально для сегодняшнего занятия.
И все это сладкое чудо находилось на игровом постаменте, следовательно, чтобы получить, нужно было подойти, указать на сладкий учебный материал и назвать его, только тогда система запускала маленькую платформу, которая и несла сладость к отгадавшему обучающемуся.
Атакующие и ведущие, растеряв весь свой надменный вид, столпились у постамента… совсем как дети.
Посмотрев на хитро улыбающегося инора Адана, я невольно призналась:
— Это великолепно, у меня просто нет слов.
— Ах, маноре Манире, — пожилой хранящий жестом предложил занять один из столиков в этой гостевой, временно обращенной в комнату сладостей, — я хотел вас порадовать.
— И вам это удалось, — присаживаясь, ответила ему, — каждый раз удивляюсь вашему умению превратить обучающее путешествие в настоящее чудо!
Сев напротив, мой личный знающий, который неоднократно помогал в нелегком обучении, проницательно спросил:
— И кто из этих напыщенных ведущих разрушил ваши мечты? Это ведь ведущий, так? Атакующие не имеют права вступать в традиционный брак, а на иной ваш отец не согласился бы.
Да и Шенондар Кисану не отдал бы вас никому… кроме ведущего. Я прав? Так кто это?
Опять! Сердце сжалось, в глазах появились слезы, руки дрогнули, и хранящий положил свои старческие сухие ладони поверх моих, словно хотел взять часть моей боли.