Мисс Эмма Винтерстоун и мисс Джен Винтерстоун, собственной чинно-благородной персоной! Бабушка будет довольна — она с детства вдалбливает нам нормы этикета и правила поведения, приличествующие благородным девицам. Причем по большей части вдалбливает именно старшей половине нашего дружного сестринского коллектива, к ее, этой половины, горю, потому что младшая обычно очень быстро умудряется сделать ноги. Мне бы ее таланты!
Впрочем, наша чинно-благородность чуть было не оказывается под угрозой, когда пол под ногами ощутимо начинает потряхивать.
Джен взвизгивает и пятится.
— О нет, Эм! Только не это! Так, давай тебя вперед, срочно! Встречай опасность грудью.
— Почему это я?!
Мои слабые попытки возмутиться немедленно пресекают.
— Потому что он тебя лучше слушается!
А к нам по широкому проходу коридора из белого камня уже несется со всех лап Светлячок. Уши торчком, хвостом виляет прямо на бегу, пшеничного цвета шерсть, вся в черных тигристых полосах, лоснится, а на улыбающейся морде — выражение вселенского счастья и готовность немедленно облобызать любимых хозяек от полноты чувств.
Если к портрету добавить, что наш фамильный пес размером примерно с крупного теленка… ну или не очень крупную корову… становится понятен масштаб нашего с Джен восторга.
— Светлячок, фу! — я вложила в голос всю тренированную годами строгость старшей сестры.
Ответом мне был взвизг, означающий примерно «я все понимаю, но хозяйки сегодня такие хорошенькие, что срочно нужны обнимашки».
— Свелячок, сидеть!! — я указала пальцем, где, собственно, сидеть.
Ушастая скотина даже не притормозила.
На помощь, как обычно, пришел Замок. От узора на стене отделилась длинная черная плеть с мелкими листочками и крупными бутонами роз из матово-белого камня. Метнулась к собаке, обвила хвост и как следует дернула.
Светлячок плюхнулся на зад, разочарованно гавкнул и с обиды слегка уменьшился в размерах.
Ах да, я не упомянула, что наш пес — не совсем пес? Кто он по своей природе, нам доподлинно не известно, но лично для нас всегда был прежде всего нянькой.
И да — он действительно умеет светиться в темноте.
Пользуясь поддержкой Замка, мы успешно миновали лохматое препятствие и возобновили наш чинно-благородный путь.
Сестра следовала в метре с небольшим сразу за мной. Она единственная держится так близко — на минимальном расстоянии, хотя я говорила много раз, чтобы она так не делала. Но Джен всегда чувствует до миллиметра, где идти еще можно.
