С тем условием, что он останется таковым, пока владельцы Замка остаются верными друзьями Королевства Ледяных Островов и в любых возможных в будущем противоречиях меж мирами выступают на нашей стороне или, по крайней мере, придерживаются нейтралитета.
Толстячок торопливо записывал длинным завитым пером, бубня под нос:
— Число сегодняшнее… так… Место составления — Новая королевская резиденция, Замок пурпурной розы… печать… готово, Ваше величество! Подпишите, сделайте милость!
Размашистые вензеля королевской подписи украсили бумагу.
У меня от облегчения ноги подкашивались. Добрые глаза Николь лучились улыбкой.
— Благодарю, Ваше величество! — Морвин принял свиток с дарственной, с которой ловкач Крэм уже успел снять копию, и прижал к сердцу. — Позвольте сделать и мне ответный дар, в знак дружбы меж нашими мирами. Я уверен, что начавшись так, она продлится многие века. А род Эрвингейров сделает все для этого возможное.
Король посмотрел удивленно и выжидающе. Даже я удивилась — Морвин не говорил, что придумал какой-то подарок.
Тем более, что по своему гордому нраву решил оставить его напоследок, чтоб никто не подумал, что он покупает прощение. Хотя… учитывая, что с папой он вел себя так же, я могла и догадаться заранее.
Стража расступилась по кивку монарха, и Морвин поднялся на две ступени возвышения, остановившись, не доходя до третьей. Из неприметного кармана, внутри нашитого на плащ, вынул что-то, замотанное в белую тряпицу. Протянул королеве на вытянутых руках.
— Примите этот дар, Ваше величество, и пусть благословение Великой Матери, самой почитаемой богини нашего мира, всегда будет с вами.
Николь нерешительно приняла подарок, развернула тряпицу.
По комнате поплыл упоительный пряный аромат, который я тут же узнала. Внутри оказалось несколько сушеных листков — тех самых, похожих на заячьи уши, огород с которыми так тщательно охраняли жрицы Храма Великой Матери.
Морвин тихо продолжил:
— Это растение невероятно ценно. Женщины нашего мира делают из него целебный отвар.
Он излечивает любые женские болезни. В том числе бесплодие. Выпейте сами — и на всякий случай дайте половину супругу. Если опасаетесь, мы с Эммой попробуем первыми. Но клянусь памятью моей матери, в этом даре нет зла. Примите его, и пусть в вашей семье навсегда поселится счастье — такое же, какое ваш мир подарил мне.
Не могу передать, с каким чувством король и королева принимали этот дар. Если честно, они опешили и не могли вымолвить ни слова.
