Этот мягкий глубокий голос, который я уже отвыкла слышать в стенах этого Замка, принадлежал Олаву. Он подошел незаметно, и смотрел на Дженни с такой нежностью и гордостью, что я расплылась в широченной улыбке. Отступила тихонечко еще подальше. Совершенно без сил плюхнулась на первый попавшийся стул. Во всем теле была невыносимая легкость — даже перед глазами, кажется, посветлело. Хорошо-то как!
— Ты думаешь?.. — неуверенно протянула Дженни.
Олав встал рядом с ней и взял за руку. Их пальцы крепко переплелись. Два одинаковых скромных обручальных кольца белого золота.
Кажется, не только нам с Морвином не терпелось.
— Даже не сомневаюсь.
Она взмахнула другой рукой, и посреди нашей идеальной аристократической гостиной прямо из пола пророс здоровенный куст. Бедная бабушка! У нее сегодня сложный день."
"Откуда выпрыгнула белка, я так и не заметила. Возможно, из кармана Олава. Перепрыгнула на куст и принялась обирать с него орехи, восторженно стрекоча.
— Растительная магия, — кивнул Олав. — И почему я не удивлен? Вместе с моей анимагией — идеальное сочетание.
И кажется, белка была с ним полностью согласна.
Я никогда не думала, что можно быть такой счастливой.
Я никогда не думала, что мамины руки так вкусно пахнут.
Я никогда не думала, что увижу слезы на папиных глазах.
Глава 80
В круглой башне, в нашей с Джен комнате ночевала теперь я одна.
Вымылась как следует в настоящей ванне, переоделась в ночную сорочку и не чувствуя под собою ног, упала на спину на постели, раскинув руки.
Долго-долго смотрела в потолок, снова и снова прокручивая перед мысленным взором события прошедшего дня, и улыбалась.
Но скоро воспоминания закончились, я как следует, от души нарадовалась, и к радости добавилась грустинка.
Я прикинула, что Морвин сейчас, должно быть, только добрался до соседнего острова и хорошо, если раздобыл уже лодку. Потом ему еще двое суток добираться до Ти, чтобы получить новый артефакт перехода… Я вздохнула. Нестерпимым соблазном стало воспользоваться своим камнем и отправиться к нему.
Тем более, что меч Морвина с артефактом бережно хранился в глубине моего платяного шкафа. Но во-первых, я обещала ждать его здесь, еще разминемся. Во-вторых, по отношению к родителям это будет несправедливо, снова уходить — я и так перед ними сильно виновата. Ну и в-третьих… я действительно очень, очень сильно устала. Хватит геройствовать. Мне пора учиться думать не только о себе.
И все-таки. Два дня. И это в самом лучшем случае.
Я умру.
