— Если уж вы меня маленькую так испугались, что убежали, сверкая пятками, то теперь и вовсе, наверное, дрожите от страха! — не унималась я.
Взгляд моего врага потяжелел. Но Лысый молчал. Он очень точно парировал попытку Морвина взломать его защиту снизу. А я отошла достаточно, чтобы увидеть лицо мужа — хотя бы в профиль. И поразилась его изможденности. Сколько уже продолжается этот поединок?! Сколько магии Морвин успел израсходовать — из того самого, неприкосновенного резерва?!
Я сделала шаг вперед. Интересно, а что если столкнуть гада Сферой?
— Маэлин, стоять! — угрожающий рык мужа не заставил себя ждать.
Я послушно остановилась и решила все же оставить этот способ на самый крайний случай, чтобы не расшатывать нежную нервную систему своего мужчины еще больше.
Вернемся к первому плану.
— Так чем я вас так испугала? — я попыталась вложить в голос побольше невозмутимого любопытства, но он предательски дрогнул. Сплошной ковер черного узора на теле врага шевелился, словно живой. Казалось, завитки пламени сплетаются все крепче, собираются в гигантский узел в центре его груди, будто пальцы собираются в кулак.
И мне наконец-то ответили.
— Ты? Меня? Испугала? Ты себе льстишь, девчонка. Просто тогда у меня было недостаточно сил.
— Чтобы что? — не унималась я.
— Убить тебя и этим спасти мой мир.
Я снова потеряла дар речи. Что?!
— С чего ты взял, что это из-за нее?.. — даже Морвин был, кажется, удивлен. Я же просто боялась, что моя картина мира в очередной раз сейчас разлетится вдребезги.
Но не успела ничего спросить."
"Лысый очень быстро отбросил меч и стряхнул с другой руки огненный щит. Огромное сплошное чернильное пятно, что закрывало уже большую часть его груди, вспыхнуло багрянцем. Он резко вытянул обе ладони, с них сорвались две черные плети, два хлыста, по которым струилось живое пламя. Одна обвила Сферу, сдавив ее так, что та затрещала и пошла мелкими трещинами, другая метнулась к Морвину и обвила его горло.
Я вскрикнула. Приказала льду заморозить плеть.
Языки пламени повисли сосульками, но снова воспряли. А ледяной кинжал, пущенный к Морвину, просто пролетел сквозь вторую плеть, даже ее не повредив. И больше ни на что не остается сил. Мои глаза почти закрываются, так хочется спать. Ноги слабеют.
И тогда Лысый начал тихо говорить своим мерзким, сиплым, каркающим голосом. Осторожно подтаскивая Морвина к себе и одновременно пытаясь раздавить мою Сферу, как яичную скорлупу.
— Мне было видение.
