Сцеловывать дыхание и сгорать, сгорать — но не спичкой, а океаном голодного пламени.
Я медленно обернулась.
— Сестренка, прости… но есть срочное дело, не терпящее отлагательств.
Быстрым шагом я пересекла холл и вернулась к своему огненному магу, который нетерпеливо ждал меня у ректорского кабинета, не сводя глаз. Сама, не спрашивая разрешения, взяла его руку и крепко стиснула большую, горячую ладонь.
Аж зажмурилась от удовольствия, и от волны тепла, побежавшей по телу.
Вот теперь все, как надо. Вот теперь хорошо.
И я никому не позволю отобрать у меня чудо, случившееся в моей жизни. Осквернить еще одним преступлением стены Академии пурпурной розы, где я наконец-то стала по-настоящему счастлива.
— Пойдем. Я поняла. У меня есть еще одно имя.
Глава 49"
"Леди Ректор выслушала наше предложение провести «облаву» на преступника достаточно спокойно, хотя известие о том, что профессор менталистики — «пустышка», повергло ее в самый настоящий шок. Но как объяснила Леди, за время общения с магами она навидалась такого, по сравнению с чем это — цветочки.
Только выразила сожаление, что положилась на рекомендацию и лично не проверила ментальные способности профессора — все-таки, подготовка к открытию Академии велась в большой спешке. Зато идея привлечь Гордона вызвала у нее горячий энтузиазм.
— Так и поступим! — она решительно хлопнула крохотной морщинистой ладошкой по столешнице, и глаза ее засверкали решимостью. — Я сейчас же прикажу созвать всех обитателей Академии в общий зал. Там пока нет новой мебели, но ничего, ради такого случая и постоять можно.
Сотрудников моего старого друга Шеппарда расставим у дверей. С их опытом они без труда поймут, стоит ли брать человека на допрос, если в ответ на проверку мыслей последует неадекватное поведение. Сейчас-то негодяй спокоен, он чувствует себя в безопасности. Я специально распустила слух, что наша Мэри-Энн при смерти, чтобы ее не попытались добить. Хотя между нами — девочке уже намного лучше, дыхание и пульс в норме. Так что, полагаю, неожиданность обвинения, да еще и при всех, должна вывести преступника из равновесия и заставить показать свое истинное лицо.
Вы молодцы, ребята! Мне самой не терпится узнать, кто же тот волк в овечьей шкуре, которого мы пригрели. Но хотя бы мне расскажите по секрету — чьи имена вы решили назвать?
— Во-первых, Эван Рок, — снова повторил Морвин. Старушка нахмурилась, но кивнула. Я бы даже не исключила, что ей самой такая мысль уже приходила в голову.
