Положил обе мягкие белые ладони на кафедру, а сам подался вперед, вытянул шею и посмотрел на меня — ну точь-в-точь здоровенный котяра. Джен справа от меня хихикнула, и он бросил на нее строгий взгляд зеленых глаз с узким зрачком.
— У вас такой интересный факультет, профессор Тонк! — воодушевленная, продолжала я. — Я хоть и стихийщица, но мне всегда было любопытно…
— И что же вам любопытно? — довольно сощурил глаза профессор.
— Вот скажите… а могут ли метаморфы, к примеру, превращаться во что-то маленькое?
Мне все не давали покоя ночные шорохи.
Которые стихли подозрительно близко к двери в спальню одного знакомого мне метаморфа.
Тонк задумался.
— Пожалуй, такие случаи мне не известны. Метаморф может менять размеры своего тела, но не больше чем на треть.
Да уж, что размеры может — это мы прекрасно видели. Вопрос, на сколько. Если верить Тонку, не на много. Но вдруг ему просто «такие случаи не известны»?"
"Джен смотрела на меня подозрительно. Я вежливо поблагодарила и принялась дальше чинно-благородно ждать начала лекции.
Прозвенел первый гонг, наполнил зал своим торжественным гудением, которое призвано было настроить всех на рабочий лад. Болтовня приутихла, хотя и не насовсем. Тонка не слишком боялись, он был безобидный.
Морвин так и не появился. Сол тоже. Их не было обоих. Холод затопил мое сердце, и как бы я ни крепилась, мысли в голову лезли самые отвратительные. Слова лекции скользили мимо моих ушей, не задерживаясь.
Резкий скрип двери.
— Простите за опоздание.
Тонк сбился с лекции, но потом снова принялся тянуть свой мерный речитатив, пока через пол зала к пустому месту слева от меня быстрым шагом шел один безалаберный огненный маг. По счастью, он был один, и я выдохнула. Да к тому же в кои-то веки застегнутый почти на все пуговицы — успел уже раздобыть где-то новую форму. Босой, правда — но это меньшее зло. Вот только… непривычно серьезный.
Плюхнулся рядом, звякнув ножнами меча, — волосы влажные, слегка закурчавились, брови хмурит.
— Что-то случилось? — деланно-невозмутимым тоном спросила я, перекладывая с места на место карандаши.
Он бросил на меня странный взгляд.
— Потом. Слишком много лишних ушей.
Карандаш укатился на край стола и упал на пол.
— Ты же не хочешь мне сказать, что уходишь?
Его взгляд смягчился.
— Еще нет. Не волнуйся, Ледышка.
Остаток лекции мы промолчали. Правда, я все равно почти ее не слышала.
Джен понятливо не стала меня дожидаться.
