Корпус драконов — столп нашего королевства, с него все началось тысячелетие назад, когда первые огненные маги Шалайи постигли тайну перерождения, обрели боевую форму. Тогда же их начали ловить и сжигать в божественном пламени. Огненный маг погибал в огне — очень символично.
В наших учебниках этот период называется Темным. Многие из наших товарищей погибли, но большинство казненных были невинными стихийными магами огня.
Тогда же среди драконов было принято решение уйти далеко в горы и создать там свое государство, не подчиняющееся законам Империи.
Вот только у той сил было гораздо больше и нашим предкам грозило полное истребление, если бы мы не набрели на странную природную аномалию — барьер.
Говорят, его построили настоящие драконы, урожденные, те, что не принимают боевую форму, а оборачиваются как оборотни. Вот только достоверных сведений об этом у нас нет, поскольку по какой-то непонятной причине эти драконы больше не могут вернуть человеческую форму, навечно остались в чешуйчатых телах с хвостами и крыльями.
Почему так случилось, никто не знает, но произошло это приблизительно за несколько тысячелетий до того, как в забарьерье, пространственный карман, по сути, пришли мы. То есть мы тут ни при чем. Честно!
Тогда первыми за призрачный барьер ушли сильнейшие и могущественные маги, позже сформировавшие Корпус драконов. По-сути, именно он правил королевством, а не король. Ведь если Корпусу что-то не понравится в действиях короля… ну, значит, у нас будет другой король.
В общем, прибытие их человека не могло не взволновать кадетов. Тем более что многие из них, уверена, мечтали попасть туда на работу.
Я же впервые, кажется, осознала, кем и где работал мой жених. Вчера так много новостей на нас свалилось, что я не особо задумывалась, но сейчас.
Может, я и наивная девчонка, но вроде как нельзя быть бывшим специалистом Корпуса, тем более если ты не простой работник, а занимаешься особыми, явно секретными поручениями.
Ой, а ведь что получается: его отправляли на секретную, возможно смертельную миссию, когда я была еще совсем малышкой. И весьма вероятно, что шрам у него на лице — это память с тех времен. Вот об этом я бы послушала, но ведь не расскажет.
Я так углубилась в свои мысли, что не сразу заметила изменившуюся обстановку на площади. Шепотки стихли, студенты стали слушать напряженно и внимательно. Похоже, я пропустила что-то очень важное.
