— А с подрывом поля есть подвижки? — спросил до сих пор молчавший декан артефакторов.
— Нет. С этим все не очень хорошо. Чтобы продолжить следствие, нужна связь с внешним миром, а ее практически нет. За последние двое суток вообще ни одно письмо не смогло пройти из-за силового шторма на границе с территорией урожденных драконов.
— Уверен? — нахмурился Деонт.
— Да, мы отслеживаем все попытки связи через барьер, — ответил Данир. — Связи действительно нет.
— А что случилось?
— Дело в том, что сегодня вечером Ларин получила письмо от брата с центрального поста.
Принесла мне показать, потому что что-то у нее вызвало сомнения. Говорит, что почерк его, но стиль — нет.
— Вот как, очень интересно. И опять Ларин, — покачал головой декан Сквирай.
Опять Мерек, — не согласился ректор Тог.
Глава 29
Честно говоря, после разговора с лордом Деонтом я стала нервничать еще сильнее. Он хотел меня, хотел… гм, как женщину. Я это видела ясно. Что ж, это некоторым образом льстит, если не думать о том, что он так относится к любой драконице, готовой на все.
И его искреннее недоумение насчет факта моей невинности. С одной стороны, смешно, с другой, даже немного грустно. Да, в нашем положении, уверена, он посчитал это не подарком, а скорее сдерживающим, тормозящим фактором. Неприятно такое осознавать. Тем более что бы я по этому поводу ни думала, а найти мальчика на одну ночь или даже закрутить роман я бы, наверное, не смогла, как бы себя ни настраивала и ни накручивала, — все же воспитывали меня в известной строгости.
Хотя это тоже странно, потому что мы, драконы, никогда на эту тему особенно не заморачивались.
Я тяжело вздохнула и перевернулась на другой бок. В темноте посмотрела на спящую Кирис.
Если это письмо не моего брата, поддельное, значит, его прислал кто-то другой. А это, в свою очередь, значит, что у этого другого был тоже сильный, возможно, военный артефакт либо он находился в пределах академии. Узнать оттиск личной почты не так сложно, так что тоже возможный вариант.
Но как тогда быть с почерком? Я же точно знаю, уверена на сто процентов, что писал Норт.
Или это тоже можно подделать? Одни загадки.
Так я и уснула, мечась между мыслями о сегодняшнем вечере и смущении, которое они вызывали, и беспокойством о брате. А утром Син, исполняющая теперь роль посыльного, потому что связь, оказывается, уже несколько дней очень неустойчива даже на территории академии, передала, что после окончания занятий со мной хочет поговорить лорд Деонт.
