Мама уверенно выталкивала Мити в коридор, при этом папа ей активно помогал. С учётом того, что двери в отсек были приличной ширины, а сакали все не выдворялся, смотрелось это забавно.
— Они все эти дни тесно общались, — шепнул Нум, массируя мне легонько затылок. — В результате я признан лучшей партией для тебя. И держу пари, теперь Роза будет зорко следить, чтобы ни один сакали не появлялся возле Ками и Пети. Не вынесла она простоты их характеров. Не сошлись, так сказать, на бытовой почве.
— Это как? — схватив его за свободную руку, я прижала её к груди.
Мне всё ещё было плохо, но уже не настолько, чтобы стонать от боли. Отпускало понемногу. — Сакали весьма специфичны, — продолжил мой орш. — Культура, обычаи. У них бытовые обязанности за мужчинами. Муж стирает, убирает, готовит…
— А женщина что делает? — я приподняла бровь, наблюдая за удаляющимся Мити.
— А женщина рожает детей и занимается их воспитанием. Сакали помешаны на своём потомстве. Они вкладывают в каждого душу. В нашей семье был лишь один случай, когда ребёнка потеряли, потому что мать пошла по наклонной, а отца просто не оказалось.
Это Далам. Его нашли родственники уже подростком. Мити и Дупел же у нас двойняшки, как и твои сестры. Одного было решено отправить в медицину, второго — определить в военные. Это тоже традиция: первую профессию ребенку выбирают родители, и ослушаться права они не имеют. Вторую же специальность выбирают они сами… Но я отвлекся. - Нум, рассказывая все это, незаметно выводил какие-то графики на мониторах.
Казалось, он меня просто забалтывает. В общем, тут сошлись две силы — женщина-человек и мужчина-сакали. И главное, спор-то был о том, как лучше кормить тебя после операции. Диеты и прочие… А потом твоя мама озвучила рецепт супа, а Мити заявил, что так не готовят. Уж он-то лучше знает, потому что женщине вообще у плиты не место… Одно хорошо: меня со свадьбой в покое оставили. - Нум замолчал, вывел новые графики и выдохнул. - Все хорошо, показатели в норме.Не пугай меня так больше никогда, родная.
На мгновение я сам поверил, что потеряю тебя. Но бой еще не выигран, это только одна битва. Зараза на месте, и её ничего не берет.
— Ампутация? — я проговорила, пробивая возникший в горле ком.
— Самый крайний случай, а пока — мне нужно найти чёрные клиники, в которых лечат чистокровных хронов. Не все из них подонки; есть и вполне достойные ребята. Вот они мне и нужны. Должны знать, как их яд устранить из организма. Они просто обязаны это знать.
