— Будто я не догадываюсь, что ты со мной сделаешь, если я попробую еще раз подкатить к Лиле. Мне мои детозаделывательные органы дороги. Я не хочу внезапно проснуться и обнаружить, что их уже отрезали и сложили на прикроватной тумбочке. Это Лэксар прямолинейный и незатейливый, в рожу дал, глаз подбил и успокоился. Нет, ты же по-другому мстить будешь...
— Ты еще здесь? — процедил мой милый орш.
— Ушел... — Кир направился к выходу. — И да... Лиличка, красоточка ты моя, ножки у тебя загляденье. Если надоест этот ревнивец, я весь твой.
Вместе от него сбегать будем. Романтику обещаю... За такие ножки готов рискнуть здоровьем! — обернувшись, он оскалился в улыбке и рванул из отсека.
— Когда-нибудь я тебе и правда что-нибудь отрежу! — взревел Нум. — И бабушка не спасет!
Глава 13
***
Впереди слышался гомон голосов. Крепко прижимая к груди, Нум нес меня по длинному коридору в столовую. Я четко улавливала ее близость по приятному аромату белкового бульона.
И живот заворчал, и аппетит вдруг проснулся.
В нетерпении я обняла Нума за шею и попыталась сесть ровнее. Он, все такой же хмурый, что-то проворчал на неизвестном мне языке, вызывая улыбку.
Все еще злился на брата, ревнивец. Вот видит Великий космос, хуже папы. А уж отец - тот еще собственник. Я хорошо помнила, как прилетело соседу за то, что он рассматривал ножки мамочки, когда та стояла на высокой стремянке и поправляла табличку на стене нашего дома. С тех пор папа сам следил, чтобы все циферки висели ровно, а сосед обходил маму десятой дорогой и каждый раз, замечая ее, потирал уже вылеченный после перелома нос.
"
"Тихо хохотнув, я поддалась странному порыву и, дотянувшись до уха моего орша, прошептала:
— Чтобы там не говорил Кирроси, а мне ты очень нравишься. И я к тебе летела.
— И замуж за меня пойдешь? — повернувшись, он поймал мой взгляд.
— А ты мне предложение делать будешь? — Я слегка смутилась.
— Нет, — его улыбка стала шире. — Зачем? Тихо на пальчик кольцо и в постель.
— Не романтично, — я поморщила нос.
— Зато практично и действенно...
— Лиля, — послышалось впереди.
Повернув голову, я поняла, что мы вошли в столовую, и, поднявшись, Астра машет, приглашая сесть рядом. И что еще хуже, остальные смотрят на нас пристально. Особенно папа с мамой. Мне стало не по себе. Отодвинувшись от Нума, я чинно сложила руки на коленях.
— Трусишка, — поддел меня мой орш.
— Нет, но приличия никто не отменял, — шикнула я на него и осмотрела довольно большое помещение.
