И судя по тому, с каким воинственным видом они встречали «жук» охраны космопорта — купленных мною подарков может и не хватить, чтобы смягчить их.
Стоило здоровенному наваи вынести меня из салона, как они обе бросились навстречу.
— Тебя где носило?! Ты хоть представляешь, как я... Как мы волновались? Отец спрашивает о тебе, а мне приходится врать! — ожидаемо Ками первая принялась меня отчитывать.
На правах старшей, так сказать.
Ее и присутствие рядом красивого, здорового нелюдя не остановило.
— Я тебе сегодня темную устрою! Побью подушкой так, что мало не покажется! У тебя как ума хватило с крейсера выйти? — верещала она, пылая праведным гневом.
Пети все это время таращилась на моих сопровождающих и кивала, соглашаясь со словами двойняшки.
— Вот! И управа на нее подоспела, — раздалось довольное из моего планшета. — А я говорил, Нум, нужно на ее сознательность влиять через сестер."
"— А это там кто? — Камелия взглянула на монитор и прищурилась. — То есть, Нум, ты знал и не догадался сообщить мне? Да я этот крейсер за полчаса обыскала, как ищейка! Во все уголки заглянула.
Стюарда нашего аж снаружи выловила. И знаешь, что он мне сказал?
— Что, Лилия, потерялась! — выдала Петуния.
— Ну так уже нашлась, — неожиданно пришел мне на помощь наваи. Он подкинул меня на руках, демонстрируя, что вот, мол, пропажа в целости и сохранности. — Я здесь десять лет работаю, и еще не было такого, чтобы судно улетело, а пассажир остался.
— Да, именно так, — поддакнул кто-то из охранников, выгружая мое кресло.
— Но если бы вы пошли с сестрой, то мы бы не расстроились! Не каждый день выдается красивых девушек на коленях покатать.
Ками хмыкнула и выдала себе под нос: «Тоже мне извозчики».
— И главное, нас предательница не позвала, — Пети подскочила ко мне ближе и шикнула так, чтобы Ками не услышала: — Совести совсем нет! Завидно же!
— Спать меньше надо! — прошипела на нее в ответ. — А я там развлеклась, так развлеклась!
— Ну-ну, родная, так оторвалась, что теперь господин Шуман с тебя глаз не спустит! — снова ожил планшет.
Мой орш опасно прищурился. Он все прекрасно слышал и снова начинал злиться.
— Ой, — Пети покосилась на Нума и Кирроси. — Нет, ну я не одобряю... — попыталась она оправдаться. — Идти гулять на рынок и без меня — это неприемлемо. А там, наверное, и книги, и...
— ... Растения! — закивала я. — Я все сняла, и еще кактус раздобыла.
— Настоящий! — Ее глаза вспыхнули. — Где он? — Она осмотрела мои руки и ринулась к краснокожим.
