Здоровое, прекрасно цветущее растение на подоконнике потемнело, завяло и скукожилось, словно резко наступила глубокая осень. Нэл заметила краем глаза эти изменения и обалдело смотрела на несчастный цветок, следователь проследил за её взглядом и тоже впал в ступор, даже слегка остыв.
— Госпожа Воярр, раз вы вся такая уникальная, так может вы ещё и вампир? Потому что вот эти метаморфозы цветка иного объяснения не имеют. Кто-то или что-то выпило всю его жизненную энергию.
И произошло это, когда наш с вами разговор пошёл на повышенных тонах, и вы вышли из себя.
— Вы тоже вышли из себя! Так может это вы вампир?
— Но это мой кабинет, и до вашего визита растение вполне себе было живым! — блеснул логикой следователь.
— Значит, вы раньше как-то держали себя в руках! — невозмутимо парировала Нэлис. — Вам прекрасно известно, что вампиров не осталось в нашем мире.
Последние представители родов давно умерли. А мою родословную вы уже изучили лучше меня самой! Теперь вот даже нагло позволяете себе оскорблять моих родных и меня!"
"— Оскорбить вас и вашу семью я не имел намерения, — с достоинством ответил дознаватель. — Наверное мне не стоило на вас давить, и быть столь категоричным, я немного вспылил, — Дайни словно был удивлён собственной несдержанностью, — но вы сами хотели знать, что меня интересует.
И я не получил объяснений!
— Это вы так своеобразно извинились? — Нэлис смерила его вопросительным взглядом, но ответа не последовало. Она невесело усмехнулась: — Вы получили объяснения, господин Дайни, жаль, что они вас не удовлетворили! Мне больше нечего вам сказать! Я та, кто есть, и такая, как есть. И место декана я получила потому, что больше не нашлось тех, кто готов взвалить на себя этот груз.
Уверена, для вас не секрет, что отношение к бытовым магам и к нашему факультету в обществе весьма неоднозначное. Это повышение далеко не моя мечта, господин дознаватель! Я предпочла бы спокойно преподавать, но не привыкла прятаться от трудностей.
Йан в раздумьях смотрел на “подозреваемую”, которая в ответ пыталась испепелить его, полыхающими огнём, карими глазами.
