Впрочем, я едва касалась ее, просто для большей уверенности и на всякий непредвиденный случай. Когда я почти добралась до конца, Рабан галантно подал мне руку. Я вновь невольно отметила, что у него очень горячие руки. И что от его прикосновения у меня перехватывает дыхание. Дурной признак.
Впрочем, когда я сошла с последней ступеньки и огляделась, дыхание у меня перехватило уже совсем по другой причине. Отсюда в разные стороны убегали три коридора. Возможно, дальше они еще разветвлялись."
"– Да здесь целый лабиринт!
В прежние времена за такую находку я бы душу дьяволу продала, как и половина моих приятелей.
Да и сейчас почувствовала, как в груди загорелся огонек любопытства, требующий как следует изучить подземелье, посмотреть, какие загадки и тайны оно сможет предложить. Тут их должно быть немало.
Вот только одеться для такой вылазки стоило получше: здесь было как в холодильнике! В замке вообще нежарко, но тут вполне можно хранить продукты. Вероятно, какие-то из этих коридоров даже и ведут в погреба с припасами.
– Нам сюда.
Голос Рабана вернул меня в реальность и заставил вспомнить, зачем мы пришли. Я поймала взгляд молодого профессора и заметила в нем огонек любопытства пополам с недоумением. Кажется, моя реакция на это место его удивила и заинтриговала.
Вскоре я перестала понимать, как он находит дорогу. Коридор изгибался и местами действительно раздваивался, но мой спутник каждый раз уверенно выбирал направление, немного изучив грязный пол. Я уже не видела следов, но, возможно, у драконов зрение лучше.
Или они проходят какую-то особую подготовку, превращающую их в следопытов.
У меня от холода уже начали неметь руки, когда свет стеклянного шарика выхватил из темноты впереди еще одну лестницу. Она выглядела даже хуже предыдущей, хотя бы потому, что была приставной, с перекладинами вместо ступенек.
Рабан оставил наш единственный источник света на полу, заявив, что днем в лесу он будет только мешать. По лестнице вновь поднялся первым, немного застрял, возясь с каким-то замком, после чего наконец откинул в сторону крышку люка и выбрался на поверхность.
Какое-то время он осматривался, после чего подал мне знак: можно подниматься.
Я была исключительно рада выбраться наружу. Пусть пасмурный день не очень-то баловал солнечным светом, и в середине местного сентября на улице тоже было нежарко, но все-таки воздух прогревался градусов до пятнадцати, а в подземелье, по которому мы шли, было не больше пяти. Так что мне сразу стало теплее.
