По обе стороны гладкой, холодной плиты, заваленной розовыми цветами на длинных стеблях с шипами, располагались две толстых цепи со следами ржавчины на старом металле. Пособники Шелли не без труда заковали мои руки в браслеты, прикрепив их к цепям, после чего вернулись на свои места вдоль стены.
Я стояла на коленях с разведёнными в стороны руками, лицом к залу, а надо мной возвышался угрожающий каменный демон. При ближайшем рассмотрении, он оказался ещё более уродливым: острые клыки, длинный крючковатый нос, сплюснутая с боков морда и длинные пальцы с загнутыми когтями.
“Ну и урод”, — меня передёрнуло от отвращения при виде жуткой каменной твари.
Я с силой дёрнула руками, в надежде освободиться, но тщетно. Цепи лишь жалобно звенели, ударяясь о каменный алтарь.
Шелли заметно нервничал. Он ходил взад-вперёд с убранными за спину руками и что-то бормотал вполголоса.
— Господин, — тихо позвала я главного лекаря. — Что здесь происходит?
— Пока ещё ничего, — раздражённо произнёс Шелли, а затем рявкнул на молчаливых пособников.
— Где этот кретин Эдвин?
— Сходить за ним? — прошелестел один из типов, стоявших возле стены.
— Да.
— Господин Шелли, если мне суждено умереть… — я отчаянно пыталась воззвать к голосу разума лекаря, но, кажется, лишь разозлила его.
— Я тебе уже сказал, что ты не умрёшь! — он стремительно пересёк внушительное пространство подземного зала и остановился напротив меня. Пальцами он приподнял мой подбородок и заставил посмотреть в его глаза.
— Ты избрана, чтобы стать новым сосудом для него, — с придыханием ответил лекарь и задрал мою голову ещё выше. Так высоко, что я вновь увидела жуткий оскал статуи демона.
В этот момент во мне что-то сломалось. Я закричала и попыталась боднуть мерзкого лекаря головой, раз цепи не позволяли ударить его руками. Шелли сделал шаг назад и мой лоб ощутил пустоту. Я рвалась изо всех сил, требовала немедленно выпустить меня, угрожала всем, чем только могла: начиная от гнева Великой Богини до расправы, которую учинят моим обидчикам друзья-деканы.
Истерику прервал лекарь, влепив мне звонкую пощёчину. Я вскрикнула от обжигающей боли и замолчала, беспомощно хлюпая носом и тихонько всхлипывая.
Слёзы катились по моим щекам, а я не могла даже вытереть их, отчего картинка перед глазами расплывалась в одно неясное пятно.
— Дьявол с ним, начнём без Эдвина, — раздосадовано произнёс Шелли и поднял вверх обе руки.
