Стрела создана лететь и впиваться в живую плоть, а не царапать острием наконечника похабщину на стенах.
Он — оружие. Он служит великой цели.
Ит открыл глаза, вернув себе равновесие. Сверкающий флюгер привлек к себе птиц, и те облепили островерхую крышу здания. Оно было пустым, Ит знал это, даже не заглядывая в провалы окон.
Вокруг стояла холодная тишина, и дыхание вырывалось изо рта паром. Ночная тварь, похожая на дикого кабана обогнула черную громадину на холме и увела выводок своих уродливых деток подальше.
Ит поднялся, расстегнул куртку, проверил ножи, закрепленные на изнанке.
Перебрал в рюкзаке артефакты. Чары не стали сидеть под маячком флюгера. Разумно. Все равно что нарисовать себе на лбу мишень. А вот развалины на холме — отличное место для засады. Он бы и сам его выбрал.
Ит сделал большой круг, обходя холм. Поднялся к руинам, похожим на разоренное гнездо. Девчонка объявила себя наследницей ночи. Но она, разумеется, лжет. Пришла пора обрезать ей крылышки.
Он даже повременил немного, оттягивая момент победы.
Ему нравилась эта гонка по стылым землям под светом холодных звезд. Охотничий азарт, кипящий в крови, гнал его вперед и согревал, защищая от ветра. Но пришла пора поставить точку.
Первый артефакт — гладкий металлический шарик — обжег ладонь, и Ит перебросил его из руки в руку как горячую картошку, а затем швырнул через обломки стены и, отвернувшись, зажмурился.
Вспышка ослепила его даже через закрытые веки, перед глазами поплыли белые пятна, но, поморгав, Ит вернул себе зрение и быстро вошел в храм.
А это явно был он: большое вытянутое помещение, осколки витражей, обломки статуй и… никого.
Ит не поверил своим глазам. Неужели чутье его обмануло?
— Есть здесь кто-нибудь? — вслух спросил он и сам понял, как это глупо.
Голос прозвучал гулко, точно он крикнул в колодец. Нет тут никого. Они не успели бы удрать, валялись бы слепые и беспомощные, как котята.
Ит прошел вдоль стены, принюхиваясь как ищейка. Пахло хлебом и чем-то горелым. Чары совсем недавно ушли, он даже чует острый запах мужского пота.
Вот и одеяла, и рюкзаки, которые он сперва не приметил в тени.
Дальше они пошли налегке.
Ит запрокинул голову и улыбнулся звездам.
Что ж, это значило лишь то, что охота продолжается. Дичь оказалась шустрей и хитрей, чем он думал. Но так даже интереснее. На всякий случай Ит обошел развалины, заглянул за нагромождение камней, даже постоял у стены с нарисованной птицей.
Ит никогда не молился. Он полагался на себя, а не на милость богов.