Вообще изначально хотели оставить с ней лишь Таубера, однако шанциец наотрез отказался провести наедине с Шатроски хоть пару минут, несмотря на все заверения того, что его он не тронет ни при каких обстоятельствах, а при первых же признаках подступающего голода немедля уедет из дома.
Лонгаронель был склонен верить словам Шатроски, поскольку, в случае хорошего поведения, пообещал сохранить тому жизнь. Но если Шатроски лишь только подумает о том, чтобы отступить от своей клятвы, вампир пригрозил, что достанет его хоть в небе, хоть под землёй, и тогда смерть покажется ему крайне желательным выходом.
Однако, устав слушать истерику Младшего, Лонгаронель всё-таки отрядил ему в охрану парочку виргов, хотя в случае столкновения с создателями пьющих разум их силы наверняка не оказались бы лишними. Только и охраны в лице двух магов Тауберу показалось мало – он потребовал демонстрации Шатроски их звериной ипостаси. Разозлившись, что Младший позволяет себе явно слишком много, Арронорат сказал, что демонстрацию он сейчас устроит ему самому.
И, действительно перекинувшись тигром, рыкнул шанцийцу в лицо во всю мощь своей звериной глотки.
Наверное, после этого Таубер отказался бы от своих требований раскрыть Шатроски тайну виргов, поскольку перепугался вусмерть. Но, к сожалению, именно в этот момент в комнату заглянул сам Шатроски. Узрев огромного тигра, да ещё далеко не в лучшем расположении духа, хозяин дома едва не лишился чувств. Когда же Лонгаронель любезно пояснил ему, что это не просто зверь, а оборотень, и охранять Вариссу с Таубером останутся его соплеменники, Шатроски неожиданно ощутил признаки наступающего голода и попытался незамедлительно смотаться из собственного дома.
Чего ему, впрочем, не позволили.
Миновав поворот, альтеранцы увидели впереди отряд местных – странное смешение конных и пеших. При более внимательном рассмотрении стало ясно, что всадники конвоировали, вернее, тащили за собой на верёвках пленных.
По волосам различных, самых диких цветов Лонгаронель сразу признал в пленниках троллей.
Не стеснённые в скорости пешими, альтеранцы быстро нагнали отряд конвоиров. Троллей было порядка двадцати. Вероятно, их вели в столицу, чтобы порадовать её жителей публичной казнью врагов человечества. Вот только, судя по состоянию пленных, данное зрелище вполне могло сорваться. Закованные в кандалы, тролли уже выглядели измождёнными до предела.