— Но оно же больше демонстрирует, чем скрывает!
— Неправда, оно же до самого пола, — задумчиво посмотрел демон на мой наряд. — Примерь и сама увидишь.
— Да, но верх-то с вырезом чуть не до пупка и вся спина голая, а лямочку, если зацепишь нечаянно, так и вовсе голой останешься, — возмущалась я.
— Эти лямочки зачарованные, их и демоническими когтями не разорвёшь, так что надевай абсолютно спокойно.
На всё-то у него есть ответ, а как я себя должна ощущать в этих лоскутках, которые по какому-то недоразумению считаются платьем!
Но делать было нечего, так как другой одежды для выхода в свет мне никто не предоставил, поэтому я повторно скрылась в ванной и вышла уже одетая в платье ярко-красного цвета до пола, обтягивающем меня словно перчатка.
— Прекрасно! Теперь драгоценности, причёска и ты готова!
— А почему ты одет нормально, а не в какую-то прозрачную тряпку? — прищурилась я, так как сам демон был одет в свои мрачные тряпки, только теперь они были с вышивкой в виде языков пламени по полам пиджака.
— У нас так принято. Слушай, от твоей подозрительности веет паранойей, прошу, давай уже соберём тебя и выйдем, а то мы опоздаем до полудня, а являться позже к повелителю с официальным визитом — страшное хамство!
— Ладно, — буркнула я. — Чего не хватает?
— Собери волосы в высокий хвост, — велел демон, а сам уставился в ларец, что стоял на столике, и мне было не видно его содержимое.
Быстро выполнила просьбу демона, и тут он подошёл ко мне с каким-то огромным колье, если я правильно поняла, выполненным из золота, рубинов и бриллиантов, причём оно было мне до талии впереди и ещё на лопатки спускалось на спине.
Когда демон опустил его мне на плечи, будто плитой к стулу придавило.
— Что скажешь? — задумчиво спросил демон.
— Что это несусветная тяжесть, и я уже не могу дождаться, когда её можно будет снять.
"
"— Белла, ты иногда просто бесишь! Я про вид ожерелья спрашиваю, а не про твои жалкие человеческие силёнки! — опять вспылил мой охранник.
— Чудесное, но зачем такое большое?
— Ещё раз сказать, что мы идём к повелителю, и я в тебя влюблён? — ехидно спросил он.
— Не надо, пошли быстрее, пока мои жалкие силёнки не иссякли совсем, и тебе не пришлось нести меня на руках.
