– Какая еще кровь?! Мне и лорда Смарена за глаза хватит, не надо мне приписывать еще родство с какими-то там королями!
Но откуда же он узнал?!"
"- Архимаг Торстейн прочитал в одной из своих книг, что заговорить каменных горгулий могут лишь потомки Лорда Изначальной Тьмы, – пояснил принц. – На нашем континенте осталось только три королевских семьи, которые ведут от него свой род. Это династии Хефии, Утрума и Норберга…
Айдар смотрел на меня, а я смотрела на него.
А ведь я и понятия не имела, что дело в крови!.
. Знала лишь, что усмирить древних монстров под силу далеко не всем. Наконец, не выдержав, произнесла:
- А тебе не приходило в голову, Айдар Орвик, что Светлый архимаг и его источники… гм… ошибаются?! И что заговорить каменных горгулий вполне могла неплохая… Ладно, допустим, очень хорошая Высшая Темная ведьма?!
- Приходило, – улыбнулся принц, и я сразу же почувствовала, как спадает возникшее между нами напряжение. – Это я и сказал Торстейну. Ты – дочь лорда Йесге Смарена, и именно поэтому на твоей руке зажглась метка Избранницы Светлых Богов!
Глава 10
Следующим утром Избранниц, дожидавшихся начала второго испытания в саду, начали приглашать на беседы.
Маги вызывали девушек по одной, затем уводили в недра Центрального Крыла, пока остальные переживали, нервно дожидаясь своей очереди. Возвращались Избранницы примерно через полчаса – раскрасневшиеся, повеселевшие, – после чего взволнованно рассказывали остальным о том, как прошло их испытание.
Я прислушивалась к чужим голосам, дожидаясь своей очереди, стоически решив не волноваться об исходе собственного испытания.
Ну и что, что не помню названий всех рек, горных гряд и королей Астора! Не помню и повторять не буду! И мне плевать, даже если меня выкинут...
Значит, умом не вышла для этого Отбора.
Но ожидание затягивалось, и я давно уже расхаживала по мозаичным дорожкам, изнывая от нетерпения. Горячее солнце припекало плечи и обнаженные руки, потому что платье на мне было легкое, открытое, по моде Астора, но я не обращала на это внимания.
Смотрела на распустившиеся розовые бутоны, прислушивалась к пению птиц и плеску воды в фонтанах, иногда развлекая себя безобидными заклинаниями. Но делала это осторожно, чтобы снова не вызвать полуголого – а вдруг все еще отсыпается после бала?! – архимага Бартена Мунсена.
Мне его внимания вчера за глаза хватило! Едва отбилась от навязываемого мне свидания, много раз сказав Темному «нет», которое он, кажется, так и не расслышал.
