Закрыв глаза, блаженно стояла, чувствуя, как меня наполняют магические потоки, которых так не хватало в чертовом слишком уж защищенном Крыле Избранниц! Но уже очень скоро я покину эти стены, и моя магия будет со мной всегда…
Додумать не успела, потому что тишину ночи разорвал наполненный ужасом и болью женский крик, за которым последовал яростный собачий лай. Кажется, Черныш все-таки нашел злоумышленников!
Мешкать я не стала – с моих рук тотчас же сорвались два ярчайших светлячка.
Разглядела!.. Неподалеку, возле мраморного бока беседки, буквально метрах в двадцати от меня я увидела двоих в темных одеждах. Один склонился над лежащей на земле девушкой, второй попытался избавиться от накинувшегося на него Черныша. В руке блеснул нож, и я…
Его тут же снесло вместе с ножом и всей магической защитой. Подняло в воздух и с силой приложило о мраморный бок беседки. Да так, что даже со своего места я услышала, как хрустнули чужие кости.
Потому что била сильно, не скупясь!
Один убийца безжизненно сползал на землю, но оставался еще второй – судя по исходящим от него вибрациям, довольно неплохой маг. Причем Темный, не Светлый!.. Разогнулся, отшвырнул нож, и под его руками тут же занялось оранжевое пламя. Уверена, это было заклинание Огненного Дракона – довольно серьезное, которым, впрочем, меня не удивить…
Но удивить меня он так и не успел, потому что перед его носом распахнулся портал – надо же! – из которого вывалился полуголый маг.
С ходу приложил нападавшего чем-то, вызвавшим у меня уважение, да так, что убийцу откинуло на несколько метров. Затем поволокло магическим смерчем по дорожке, после чего зашвырнуло в пышные королевские кусты.
Странно, но прибывший на помощь тоже был Темным! У нас что тут, выездная сессия?!
Маг тут же повернулся к очнувшемуся второму, поднимавшемуся на ноги, а я кинулась по дорожке к лежавшей на земле Маргарет.
Уверена, это была она! Услышала подвывание Черныша, но пес был жив, благоразумно прятался за беседкой. Я же склонилась над девушкой, на белом платье которой в районе груди расплывалось жуткое темное пятно. Коснулась ее безжизненной руки, все еще сжимающей смятую записку.
