Может быть, дракон настолько стар, что у него вкупе с плохим зрением и слухом еще и отнялось обоняние, и он не учует во мне крови ненавистной ему династии Норбергов?
Наконец, перерыв истек, и мой страж сообщил, что пришла пора отправляться на испытание. У входа на огороженное поле я столкнулась с Айдаром. Принц выглядел привычно невозмутимым, но серые глаза выдавали снедавшую его тревогу.
- Все будет хорошо, – пообещал он мне. – Вот увидишь, все пройдет отлично!
Выдавив в ответ нервную улыбку, я поблагодарила Айдара за напутственные слова.
Хотела побыть с ним подольше, но… Разве надышишься перед смертью?! Поэтому, миновав проход, возле которого застыли два мага, наблюдавшие за испытанием, я вышла на поле. Повернулась к трибунам, где в отдельной ложе за Избранницами следили король и королева Астора. Поклонилась им, после чего сделала несколько шагов по ипподрому, направляясь к навесу, где меня поджидал дракон.
Оказалось, что уже не поджидал. Годвид успел подняться на ноги и направлялся ко мне. Даже не шел, а… Приближался настолько стремительно, словно собирался вот-вот совершить заключительный рывок и сжать в когтях беззащитную добычу.
Окровавленная пасть оскалена, ноздри раздуваются...
И я наткнулась на взгляд крылатой рептилии.
Глаза дракона были полны холодной ненависти. Причем ничуть не меньшей, чем та, с которой на меня смотрела Йорунда!
Пусть Годвид был стар, но обоняние у него все так же оставалось отменным.
И вот тогда… В этот момент во мне взыграла та самая кровь, которую так ненавидел Годвид.
Кровь рода Норбергов… Мне стало все равно. Ну и пусть я провалю Отбор, но не позволю ящеру-переростку смотреть на меня так, словно перед ним – букашка, которую с легкостью можно раздавить когтистой лапой!
Я уставилась на него в ответ. Стояла неподвижно. Смотрела, не моргая, в прищуренные глаза полуразумного зверя. Твердила про себя молитвы Темным богам, прося поддержать меня в нелегкой битве.
И дракон притормозил, наткнувшись на мой яростный взгляд.
- А ведь тебе страшно, ящерица! – прошипела я, не спуская с него глаз.
– Страшно, я знаю! И я даже догадываюсь, почему. Потому что перед тобой – твой собственный оживший кошмар! Самые жуткие воспоминания полувековой давности…
Дракон все-таки остановился, а вот я… Зато меня уже было не остановить! Я пошла к нему, чувствуя, как сжимает меня в ледяных объятиях Темная Ярость – состояние, в котором нашим воинам неведом страх.
Вместо него я ощущала лишь всепоглощающую ненависть.
