Секретарь, кокетливо цокая каблучками, прошла в кабинет, улыбнулась Мирославе и протянула Шефу папку. Тот принялся судорожно перебирать бумажки, бегло пробегая глазами текст.
— Лемуры? — коротко спросила чародейка, бросая на Андре хмурый взгляд исподлобья.
— Собирай всех в конференц-зале через десять минут! — резко приказал он Кате. — И подай запрос в наш отдел поставок на черные бобы.
— Черные бобы? — удивленно переспросила Секретарь.
— Именно.
— Поняла, сделаю, — пожав плечами, ответила девушка.
— Неужели и правда придется закрыть тебя в камере? — спросил Шеф, когда дверь кабинета закрылась.
— Я не вижу другого выхода, пока что… не факт, конечно, что я обязательно сорвусь, вполне вероятно, что я все-таки смогу сохранить контроль. Но в этой ситуации лучше перестраховаться.
— Тогда пошли.
Они спустились вниз — в Хранилище. Прошли залу со стендами, заполненными магическими вещами и оказались в тюрьме. Длинный коридор тонул в темноте и сырости. Мирослава взмахнула рукой и на стенах зажглись магические факелы.
Шеф открыл своим личным ключом одну из камер — это была комнатка десять на десять шагов, из мебели в которой была только кровать, застеленная двумя теплыми одеялами. Чародейка медленно, и понурив голову, вошла в клетку, за ее спиной с грохотом захлопнулась решетчатая дверь.
— Может тебе, хоть книжку принести или компьютер? — растерянно предложил Андре.
— Какой компьютер? Тут даже электричества нет, — усмехнулась Мира. — Не волнуйся, я не заскучаю, но у меня будет просьба — держи меня в курсе всех событий и поставь на дверь дополнительный артефакт защиты.
Чары на решетке хорошие, но у меня уже сейчас есть парочка идей как их можно снять.
— Хорошо, я подберу что-нибудь экзотическое.
— Удачи, Андре. Ах, да! Попроси Ланселота принести пару бутылочек моего любимого вина, он знает какого.
Шеф грустно улыбнулся и пошел к выходу. Его шаги гулким эхом отзывались в каменных стенах тюрьмы, а вскоре вовсе стихли. Пламя магических факелов не коптило и не гасло, ровный желтый свет отбрасывал густые тени на унылые каменные стены.
Мирослава опустилась кровать, зарылась пальцами себе в волосы и тихо взвыла от бессильной ярости и тоски.
Когда Шеф мрачный и крайне расстроенный отсутствием своего лучшего оперативника вошел в конференц-зал там уже все собрались.
— Все в сборе, можно начинать, — буркнул он и окинул агентов тяжелым взглядом.
— А где Мирослава? — спросил Ланселот.
— Вот как раз об этом сейчас речь и пойдет.
