Воздух жаркий, словно из распахнутой печки, на небе ни облачка, солнце бьет в упор, заставляя меня надеть солнцезащитные очки. Здание аэропорта небольшое и напоминает львовское. Но заросли ярко-красных огромных цветов и высокие стволы пальм говорят, что я все-таки в Мексике. Гип-гип-ура! Здравствуй, Канкун!
Забрав чемодан, я быстро прохожу паспортный контроль и оказываюсь на улице. Ко мне тут же подлетают несколько маленьких смуглых мексиканцев.
– Ола, синьор! – приветствуют меня аборигены.
– Ола, хлопцы! – отвечаю я.
Они наперебой предлагают мне свои услуги, делая, правда, это на испанском языке.
– Кто-то говорит по-английски? – спрашиваю я.
– Си, синьор, – хором отвечают они мне.
Но, как оказывается, английский язык известен только одному из них. Победоносно глядя на своих менее образованных собратьев, мексиканец спрашивает название моей гостиницы. Услышав ответ, он радостно кивает, подхватывает мой чемодан и несется сломя голову к веренице автобусов, выискивая тот, который довезет меня к пункту назначения.
Я едва за ним поспеваю. Он оглядывается, делает несколько шагов ко мне и тут же снова уходит в отрыв. Чувствуется практика. Бежим мы недолго. Вот и мой автобус. Я ожидал увидеть нечто, похожее на наш районный транспорт: желтое убожество, чадящее и грязное, набитое кричащими тетками, плачущими детьми, кудахтающими курицами и визжащими поросятами. Мои познания о Латинской Америке, как и большинства моих соотечественников, основываются на таких фильмах, как «Роман с камнем».
Помните, как главная героиня прилетела из Штатов в Колумбию: «Этот автобус едет в Картахену?» Возможно, в глубинке дела именно так и обстоят, но здесь туристы выступают в роли священной коровы, поэтому им предоставлено самое лучшее. Автобус огромен. В нем есть бар, кондиционер, туалет и несколько телевизоров. Осчастливив мексиканца, который помог донести чемодан, двумя долларами, я с видом богатого сахиба разваливаюсь в кресле.
Собрав всех туристов, мы отправляемся в путь. С полчаса едем по трассе, озирая окрестности. Озирать, впрочем, особо нечего, потому как дорогу окружают непроходимые заросли неизвестного мне кустарника: метра два высотой, он состоит из настолько плотного переплетения веток, листьев и колючек, что кажется способным остановить даже танк.
С левой стороны дороги появляется ответвление, ведущее к одной из гостиниц.
