Людей и транспорта на улицах было немного, увеселительные заведения закрылись до лучших времен. По городу ходили патрули, курсировали машины комендантских служб. Но «Даймлер» с серьезными номерами никто не останавливал.
Алексей припарковал машину недалеко от кафедрального собора, вошел туда и пробыл там минут десять. Отношения с Создателем у убежденного материалиста были натянутые, но иногда он посещал церкви. Образ жизни того требовал. Многие члены СС и гестапо частенько отмаливали грехи. Алексею в соборе даже нравилось.
Тихо, торжественно, можно сесть и обо всем подумать. Но даже в храме сегодня витало напряжение, за алтарем сновали мрачные фигуры священнослужителей. На скамьях неподвижно сидели несколько посетителей, в том числе обладатели витых эсэсовских погон.
До улицы Лаубе отсюда было четыре шага. Фрау Циммер не обманула его, окна ее квартиры не светились. Мела поземка, дул промозглый ветер. Улица, где обитала мастерица зубоврачебных дел, казалась вымершей.
Уваров перешел дорогу, отпер ключом калитку.
За стеной у фрау Циммер обитали добропорядочные бюргеры. Заметив постороннего человека, они могли позвонить в полицию. Окна у соседей были плотно задернуты, занавески не шевелились. Пусть думают, что вернулась с работы фрау Циммер.
Он быстро добрался до крыльца, проник внутрь, облегченно перевел дыхание, прижал ухо к стене, разделяющей квартиры, и замер. За стеной приглушенно разговаривали мужчина и женщина, бормотало радио. Для порядка он заглянул во все комнаты, воспользовавшись фонарем, свет включать не стал.
Следов поспешных сборов в квартире не было. Создавалось такое ощущение, что здесь еще кто-то живет и вот-вот вернется. Фрау Циммер знала, как исчезнуть правильно. У нее наверняка имелся дежурный чемоданчик.
Было начало одиннадцатого, когда Алексей спустился в подвал, извлек из груды хлама рацию и стал ее оживлять. Аккумуляторные батареи подсели, но устройство работало. Знания у него имелись, а вот навыков пользоваться сложной радиоаппаратурой не хватало."
"Работа шла медленно.
Сперва он отправил в эфир свои личные позывные. Товарищи должны были понять, что работает сам Колдун, а не привычная для них радистка со своим почерком. Смысл же самого послания был прост. Работа выполнена, часть Вахновского снята с позиций. Айзевице – самое слабое место. Радиограмма дошла до адресата.
Алексей закрыл глаза, откинул голову на сырую стену. Холодный пот стекал по его лбу, он безмерно устал.
Ответная радиограмма пришла минут через десять.
