Не мы первые, кто просил её. Я даже видел небольшие капли крови по краям. Предыдущие владельцы этих масок явно закончили плохо. Но нас это не касалось.
— Не пожалею, — оскалился Максим. — Я лишь волнуюсь, что тебе нужно сражаться. Ты же пекарь. Хоть и сильный.
Я положил руку ему на голову. Какой милый мальчик. Уж за кого нужно было переживать, так это не за меня. Я больше беспокоился о том, как бы он выжил.
Меня же они не развеселят, даже если будут драться все разом.
В зале стемнело. Но ненадолго. Буквально через полминуты свет зажёгся на Арене, и туда вышел организатор.
Вокруг нас столпилась толпа зрителей, наполненная ожиданием скорых смертей и азартом будущих битв. Свет фонарей мерцал, бросая таинственные тени на стены подпольной арены. Жаль, Дон не увидит. Он бы оценил это зрелище по достоинству. Да и булочек, как назло, у меня не было с собой. Придется Максиму вывозить на морально-волевых. Большего тут не достойны.
Наконец организатор насладился криками зрителей и взял в руки микрофон. Его голос разносился по всей арене, пронзительно и уверенно:"
"— Уважаемые гости! Сегодняшний день станет свидетелем величайшего события в истории подпольных боёв.
У нас есть два особых гостя, которые решили поучаствовать, — он посмотрел в нашу сторону и усмехнулся. — Но не только они решили проверить свою силу. Шестнадцать бойцов, шестнадцать судеб, шестнадцать жизней столкнутся здесь, чтобы испытать свою силу, мужество и выживаемость!
Толпа загудела, словно монстр, готовый к ожесточённой битве. И почему меня заносит на какие-то сомнительные мероприятия? То конкурс пекарей, то подпольная арена.
Отпуск свернул куда-то не туда.
— Пусть этот турнир насмерть будет свидетельством нашей власти и беспощадности! Пусть он напомнит каждому из вас, что здесь нет места слабым, сомнениям и милосердию!
Я посмотрел на Максима. Он начал нервничать. До него только сейчас дошло, что нужно будет убивать людей. Я наклонился к его уху и тихо сказал:
— Убивай. Эти люди — преступники. И если ты не убьешь их, то они убьют тебя.
Ты это понимаешь?
Максим глупо посмотрел на меня. Он не понимал. Но в его глазах я уже заметил облегчение от моих слов.
— Твои соперники — убийцы и самые злостные преступники этого мира. И тебе нужно выжить, несмотря ни на что. Я не хочу относить твоё хладное тело брату и отцу. Представь, как будет рыдать твоя мать… — я задумался на несколько секунд. Всё же не стоит сразу давить на Максима. — Но ты можешь не убивать, а нанести смертельное ранение.
