Книга Адъютант палача 3 — читать онлайн бесплатно полностью

О чём говорить, если русские Прибалтики были уравнены в правах с завоёванными народами только через семьдесят лет после окончания Северной войны. До этого они не имели права выбирать своих представителей в магистрат и быть избранными. Я, когда читал эту информацию, впал в прострацию. Как же так? Самое забавное, что равные с немцами возможности русские той же Курляндии получили при Екатерине Великой. Она-то понимала, что империю необходимо всячески укреплять. Именно при ней начался культурный подъём, когда было открыто училище с преподаванием на русском языке.

Ходят слухи, что о существовании значительной старообрядческой общины Остзейского края, Николай I узнал случайно из какого-то отчёта, опубликованного самими староверами. И мне кажется, что это чистая правда. Сейчас же наиболее благоприятный момент для подавления любых сепаратистских и националистических тенденций. В той же Риге, латышей менее двадцати процентов и их меньше русских, в Ревеле схожая ситуация. Вильна вообще польско-еврейский город, где литовцев едва одна двадцатая часть от общего количества населения. Но там мы более-менее разобрались ещё при Муравьёве, и сейчас там достаточно спокойно."

"— С Литвой будет легче, но там тоже необходимо переселение русских для работы на заводах, в портах и железной дороге. Пусть местные продолжают жить на своих хуторах или переселяются вглубь России. Называйте это варварством или дикостью, но необходимо как можно дольше держать коренные народы, за исключением немцев и евреев, в невежестве.

Заодно, надо ориентировать местную интеллигенцию и образованных людей на русскую культуру. Для этого не мешает начать её усиленно продвигать, через школы, прессу и театры, — продолжаю свою речь, уже не обращая внимания на реакцию собеседников, — Это натолкнётся на определённое сопротивление немецкой и полонизированной знати, привыкшей управлять в Северо-Западном и Остзейском краях. Но это вполне разрешимые задачи, хотя, возникнут объективные сложности.

Тут ещё министерство народного просвещения чуть было не подложило России огромную свинью.

За каким-то чёртом в середине шестидесятых начали продвигать закон о полном переходе всех учебных заведений на русский. При этом удар был нанесён по вполне себе лояльным немцам, которые имели свою систему школ и Дерптский университет, возрождённый Павлом. Кстати, только ВУЗы Вильны, Дерпта и Варшавы получили право на переходный период, связанный с переходом программы преподавания на русский.