Едва дотронулась до двери рукой, как браслет словно отозвался на прикосновение, и створка со скрипом открылась.
Передо мной предстала комната в лучших традициях Мамаева нашествия. Шкаф был открыт, перед ним на полу валялась куча вещей… Да и в целом вокруг был образцовый бардак. Так что в него урна с прахом вписалась очень даже органично.
Я поставила ее на стол и осторожно произнесла:
– Вильда, ты еще тут?
– Не дождешься, – сварливо отозвалась Смерть. – Дай поспать! Ты из меня столько силы вытянула с этим ректором, что мне нужно восстановиться.
– Ну я тогда тоже буду… восстанавливаться, – ответила я и легла на одну из постелей.
Едва голова коснулась подушки, как я отрубилась. Видимо, напряженная ночь дала о себе знать. А вот очнулась я оттого, что кто-то долбил. Да так, что казалось – не по двери, а сразу по моей голове."
"Толком не соображая, я пошла открывать и…
– Кимерина Бросвир, нам нужно серьезно поговорить, – услышала я голос, от которого дрему как ветром сдуло.
Я гулко сглотнула. Похоже, мой сюрприз уже не только добрался до ректора, но успел потребовать от того выдать либо блудную (аж до беременности!) дочь, либо того, кто ее обесчестил.
Вот гадство! Надо было ректора все же предупредить о бароне, но как-то к слову не пришлось. А вот сам папочка – еще как пришел. В противном случае сейчас на пороге не стоял бы взбешенный инистый, один вид которого мог довести меня до инфаркта – и сразу на тот свет, а потом еще и вернуть для повторного убийства.
ГЛАВА 4
Непроизвольно сделала шаг назад. Затем – второй. Третий… Инистый синхронно наступал. Так что расстояние между нами оставалось прежним, чего нельзя сказать о дислокации.
Инистый оказался целиком в моей комнате и занял в ней, казалось, все пространство, разом вытеснив оттуда весь воздух. А после захлопнул за собой дверь. Видимо, чтобы я не удрала. Да и в коридор не доносилось лишних звуков расправы. А она, я отчетливо поняла, неминуема: второй раз за сутки меня будут пытаться лишить жизни.
Для спасения последней нужна была помощь родных! К последним я и обратилась, жаль, не ликом, а своей ж… жизнестойкостью. Ей-то я уперлась в край стола, когда пятилась от двери. Рука тут же нащупала урну. Это придало уверенности. Если Нидоуз нападет – будет хотя бы чем (и кем!) обороняться.
Только инистый не спешил прикончить меня физически и пока убивал лишь взглядом. И молчанием.
