Одри судорожно сглотнула и засуетилась, ставя букет в вазу, которую, как оказалось, захватила с собой.
Цветы пахли солнцем, травой и… покоем, далеким от всех этих интриг, проклятий и магических баталий.
– Я за тебя испугалась, – прошептала блондинка, опускаясь на табуретку рядом. – Обещай, что больше никогда…
– Невозможного обещать не могу. К тому же где мне еще набраться опыта выживания, как не в академии? Во дворце на твоем приеме может быть и посложнее.
– Там будет больше охраны, – заверила Одри и улыбнулась, вдруг осознав: я не отказалась от своего обещания пойти с ней на торжество во дворец.
Но тут же улыбка ее померкла. – Ким, а ты уверена, что стоит? Может, тебе лучше отлежаться…
– В гробу отлежусь, – отмахнулась я.
К тому же для кого это будет всего лишь бал в честь помолвки, а для кого – и разведка… Наверняка тот, кто организовывал те самые покушения на Одри, в которые вляпалась я, будет рядом. Да и на потомка Вайрисов издали посмотреть будет нелишне…"
"Меж тем блондинка взяла мою руку и сжала в своей ладони.
Мы молча сидели несколько минут, и эта тишина была красноречивее любых слов. Две девицы, которых слишком часто пытались убить. Повод для того, чтобы завести новую дружбу, как по мне, не хуже других. Раз уж от старой у меня остались лишь воспоминания, а по новой, пока я считала эту реальность книжной, я с Одри сблизиться не успела.
А после, поговорив еще немного о нашем, девичьем, – лучших атакующих арканах, пытках и том, куда посылать эльфов, чтоб они, как бумеранг, не вернулись радостными и с букетиком, мы и попрощались.
Вскоре после ухода Одри принесли ужин – что-то безвкусно-диетическое, но я съела все до крошки. Голод, как оказалось, неплохое лекарство от нервных срывов. А чай со сдобным печеньем – и вовсе отличный психотерапевт. Причем бюджетный и эффективный. В общем, в очередной раз убедилась: еда полезна для души, а для тела всего лишь необходима, и только.
Об этом я размышляла, глядя на сумерки, которые сгущались на улице, окрашивая небо в лиловые тона.
И тут я заметила его. На ветке старого вяза, что рос прямо под окном, сидел ворон. Знакомый такой ворон. Подпаленный, словно у него на его шпионской работе регулярно случались выгорания. Он недоверчиво зыркнул на меня своей бусиной круглого глаза, недовольно каркнул и повернулся, демонстрируя наполовину выщипанный хвост. Дескать, не больно-то и хотелось на тебя глазеть.
А вот я себе в удовольствии попялиться на эту странную птицу не отказала, чем, похоже, довела ту.
