Ждут связного от Сэя, — сдержанно ответил американец, потом немного пожевал нижнюю губу: чувствовалось, что за лощеной внешностью скрывается «термоядерный» коктейль из страстей и переживаний. Даже при наличии страховок его карьерного роста сейчас на карту было поставлено слишком много. — Они в полной безопасности, их двадцать четыре часа в сутки стерегут две бригады.
— Русские говорят: «У семи нянек дитя без глазу», — заметил Роже.
— При чем здесь глаза? — не понял Клубис. Когда-то, в годы советской перестройки, когда на западе был в моде «Горби», он приобрел издание русских пословиц и поговорок, адаптированных для американских читателей.
Два раза он перечитал этот сборник, но в целом так ничего и не понял.
— Глаз здесь при том, что в куче агентов легче подобраться к цели.
— Вы, Роже, так хорошо знаете русский фольклор, — в голосе агента звучал неприкрытый сарказм. — Откуда такие глубокие познания?
— По линии Интерпола доводилось часто бывать в Москве и Санкт-Петербурге.
Русские — отличные ребята, хлебосольные и веселые.
— Ну-ну…
Гостиница «Хилтон» в центре Бангкока высилась сверкающей громадой, как танцор балета среди простолюдинов.
Когда «Бьюик» остановился у центрального входа, Дэвид посмотрел на своего партнера и шутливо проговорил:
— Нам забронировали номера люкс. Выполняя ответственное задание, можно немного расслабиться за счет налогоплательщиков. Как насчет того, чтобы вечером отметить наш приезд хорошим ужином в здешнем ресторане? Люблю тайскую кухню.
— Нет, — хмуро бросил Роже.
— Что — нет?
— Мне надо отдохнуть после длительного перелета. Как ни крути, а возраст берет свое, да и разница во времени ощутимо бьет по организму.
— Как угодно, — обиженно пожал плечами янки и демонстративно зевнул. — Я, пожалуй, тоже отосплюсь. Кто знает, что нас ждет впереди…
Номера для сотрудников Интерпола были забронированы на самых верхних этажах, в пентхаузе. Каждый номер состоял из пяти комнат, включая огромную террасу с небольшим бассейном.
Роскошь и комфорт мало беспокоили старого полицейского. Богатство, слава, карьера в этом возрасте уже не прельщают; остается лишь честь и совесть, и растерять все это на финишной прямой не хочется.
Роже Доминьян опустил свой дорожный чемодан (гостиничных носильщиков он терпеть не мог) и опустился на широкий диван.
— В баре номера неплохой ассортимент, а главное — все включено.
