Пятиметровые своды с прикрепленными мощными электрическими лампами, стены покрывала замысловатая арабская вязь — неизвестный скульптор высек на горной породе суры из Корана, как вечное назидание правоверным.
Из главной галереи, как лапы паука, в разные стороны расходились шесть других тоннелей, только размером поменьше. У каждого входа стояли вооруженные бедуины; они походили на суровые статуи, неодушевленные и в то же время грозные.
Проводник подошел к боковой штольне, охранник не шелохнулся.
Здесь освещение было пожиже, но видно было хорошо. Они прошли еще метров двести, когда наткнулись на новый заслон из двух угрюмых боевиков. У этих бодигардов, кроме автоматов со складывающимися прикладами, на правом плече висели короткие помповые ружья. Патроны к ним, снаряженные картечью, были страшным оружием в ограниченном пространстве."
"За спинами телохранителей висела оранжево-полосатая шкура гигантского тигра, в этом подземелье сейчас казавшаяся мистической реликвией, которую оберегают вдали от посторонних глаз мрачные, до зубов вооруженные воины.
Бодигарды не проронили ни звука, лишь мельком глянули на проводника и расступились по сторонам. Седобородый пуштун мрачно бросил гостю:
— Дальше иди один.
За шкурой полосатого хищника оказалась неглубокая ниша, дальше шла стальная дверь-заслонка. В растерянности Камаль остановился, и тут же створки разъехались в стороны.
Наметанный глаз разведчика определил, что дверь не была одинарной — синхронно раздвигались три пары трехсантиметровых створок из сверхпрочной стали.
Проламывать такие двери даже при наличии пластида крайне сложно, а главное, занимает много времени.
Как только проход открылся, Камаль решительно шагнул вперед и сразу увидел его: того, кого враги называют «главный террорист», друзья и родственники — Усамой, а сподвижники — Отцом.
Выглядел он в точности так, как его показывали по телевидению и в прессе: худой, с вытянутым лицом, влажными печальными глазами и длинной, с проседью, бородой.
В белоснежном наряде, он сидел у дальней стены на высоком резном кресле, походящем на царский трон, инкрустированном слоновой костью и крупными разноцветными кристаллами. С детства знакомый с блеском драгоценных камней, Камаль сразу же узнал чистой воды сапфиры, рубины и изумруды. Камни были таких размеров, что даже за один из них можно было бы купить армию наемников.
