— Ксения, ты меня слушаешь? — сквозь негромкий мамин монолог, удалось уловить сознанием последнюю фразу.
— Да мама, — уверенно произнесла я. Не попросила бы она меня повторить свои последние слова, маменька любит этот прием, знает, что не всегда мой мозг улавливает ее нервные голосовые колебания. Уши-то мои слышат, а вот мозг отказывается воспринимать сказанное.
— Совсем вам не жалко бабушку, а она о нас, между прочим, заботится. Домашние фрукты, овощи — мы с удовольствием едим. Банку маринованных огурцов к жареной картошечке зимой не стесняемся открыть, а поехать помочь бабушке на дачу, нам некогда.
— Илону Адамовну ты чуть ли не каждый день проведываешь, а вот другую свою бабушку раз в месяц навестить не хочешь, — поняв, что пристыдить не получилось, мама принялась давить на другие чувства.
О том, что мама отца живет в паре остановок от нас, можно, и не упоминать — бесполезно. Начни я сейчас убеждать родительницу, что люблю обеих бабушек одинаково, только больше разразится спор. Мне опять укажут на то, что это надо доказывать, а не говорить.
И неважно, что бабушка Наташа живет в двух часах езды от нас.
— Уйду в отпуск и на все это время уеду к маме в деревню, сами тут без меня справляйтесь, как хотите, если вам на мою маму наплевать, то мне нет. Чем она заслужила такое равнодушие с вашей стороны? — чуть не плача закончила она.
— Все мама, хватит, пристыдила, — взмолилась я, — на следующей неделе поеду в деревню, помогу бабушке. Обещаю, — клятвенно заверила родительницу.
Ну и отдохну заодно, в озере поплаваю, позагораю.
— Беги давай на свою тренировку, а то опоздаешь, — утирая невидимую слезу, произнесла она улыбаясь. Мама умеет добиваться своего. А добившись, становится, доброй и покладистой. Поцеловав ее в щеку, поспешила покинуть квартиру, а то еще что-нибудь придумает, пока я такая сговорчивая.
Во дворе о чем-то спорили мальчишки. Это обычное явление у нас тут, поэтому пройдя мимо, я отправилась дальше по своим делам.
— А давай ее убьем, — с азартом произнес Димка — местный забияка и хулиган.
Мать его растит одна, и на воспитание порой не хватает времени. Стало любопытно, кого это он собрался убивать, надеюсь, не меня. Только вчера я его отругала, за то, что он камнями заложил дверь в подъезд. Остановившись, стала прислушиваться. Мимо теперь пройти не получится."
"— Зачем ее просто так убивать. Я слышал, если ей вот сюда засунуть соломинку, ее можно надуть, и она взорвется, — произнес другой детский голос.
