Точнее – не зря! Это было по больному.
– Хорошо, – тихо сказала Нина. И еще тише добавила: – Я… Попробую. Постараюсь… Ради Котика…
Клавка удовлетворенно кивнула и достала из сумки помаду – разумеется, ярко-красную.
– Еще шпашибо мне шкажешь! – прошепелявила она, крася перед зеркалом тонкие губы.
Вернулись в зал – Клавка довольная и решительная, Нина – поблекшая и совсем скисшая. Как простокваша на подоконнике.
Из ресторана вышли пошатываясь – орлы с Кавказа и Клавка от выпитого, а Нина – от усталости и тошнотворного страха перед тем, что ей предстоит.
Поймали два такси – для Клавки с ухажером, они ехали в комнату, снятую Ашотиком для любовных утех, и вторую машину – для Нины и дилижанского гостя. Ту, что везла Нину на эшафот. Голгофу. Виселицу.
Клавка шепнула:
– Не дрейфь! Не девочка. Делов-то на три копейки! Через час будет дрыхнуть, как сурок. – И засмеялась: – Стерпишь. Не то мы, бабы, еще терпели! А может, еще и понравится. Когда распробуешь! – И громко хохотнула, усаживаясь в подъехавшую машину.
В машине герой-любовник всхрапнул, как старый конь, и завалился тяжелой головой на Нинино плечо – больно, но терпела.
У дома она его почти выволакивала на себе – молодой шоферюга нагло ухмылялся, но из машины не вылез – не царское дело!
Втащила по лестнице в свою квартиру. Усадила в кресло в надежде, что там несостоявшийся, слава богу, любовник и проведет остаток ночи.
Сама легла у Котика в комнате, не раздеваясь. Сон не шел – прислушивалась к звукам из большой комнаты. Мерный и громкий храп гостя ее успокоил, и к утру Нина, наконец умаявшись, уснула.
Проснулась она от грохота – выскочила в коридор. Братец ронял что-то в ванной и громко чертыхался. Вышел мокрый, в семейных трусах по колено, волосатый, огромный, распаренный и злой.
– Тесно у тебя. Не квартира, а нора заячья!
Нина обиделась – какая есть. И подумала: «В гости не приглашала, между прочим. Сам напросился». Но чистое банное полотенце вынесла – гость в доме, хоть и непрошеный. И чайник на плиту поставила.
Посмотрел на нее внимательно, словно видя впервые.
От чая отказался.
– Что кишки полоскать? Завтракать пойдем в ресторан!
– Зачем? – испуганно пискнула Нина. – И дома можно. Яичницу вот или колбасу поджарить.
– В ресторан! – настойчиво повторил он. – Там покушаем. Мясо, овощи. Как люди. Колбасу я не ем – собачья еда. А потом на базар пойдем. Еду купим. Хорошую. Человеческую.
Нина плюхнулась на табуретку и заревела.
– Не пойду! Не приучена я к ресторанам. И мясо мне не нужно.
