Грань сна и яви всегда тонка, потому первые секунды я пытался сообразить — это мне там, в мире теней, команду отдали, или тут, в реальности, кто-то шумнул?
Стас, лежащий на тахте в другом конце комнаты, всхрапнул, гулко пустил «злого духа», перевернулся на другой бок и снова мерно засопел.
Лунный свет лился из незашторенного окна с мутными грязными разводами, освещая убогую меблировку нашего нового жилья и неубранный бардак на круглом столе. Лень нам было посуду мыть, оставили мы данное занятие на утро.
Но что-то все равно было не так, и именно осознание этого окончательно вырвало меня из цепких объятий дремы.
А потом я понял, что именно не так."
"В коридоре ярко-белый и отстраненно-холодный лунный свет смешивался с другим цветовым оттенком, изумрудно-зеленым. Планировка здесь была точно такая же, как и в моей квартире, дом-то типовой. Разве что лифта тут не имелось, да метраж чутка поменьше, а в остальном — один в один.
И в коридоре здесь, как и у меня дома, тоже стояло зеркало, вделанное в гардеробную стойку.
Большое и вытянутое.
Воистину, история всегда повторяется дважды, вот только на фарс это все очень и очень не похоже. Зеленый свет — это плохо. Очень, очень плохо!
И словно в подтверждение моих мыслей, на лунно-зеркальную дорожку легли две тени, как овеществленный детский кошмар. Каждый из нас в нежном возрасте хоть раз да не мог ночью заснуть, чутко ловил шорохи уснувшей квартиры, неразличимые днем и пугающие ночью, и со сладким ужасом смотрел на яркую полосу света, расчертившую пол, ожидая что вот-вот на ней появится тень неведомого существа, которое пришло за тобой.
Тень не появлялась, но страх тех времен по-прежнему живет в каждом из нас.
А у меня он стал реальностью. С той, правда, разницей, что я знаю, кто пожаловал в наше временное пристанище.
— Стас! — рявкнул я, вскакивая с дивана и бросаясь к креслу, на котором лежали мои джинсы. — У нас гости!
— Так даже лучше, — пронесся над комнатой шелково-шелестящий интимный полушепот.
— Не люблю сонным глотки резать!
Гостьи уже стояли в дверном проеме. Обе, двое. Красивые, стройные, в коротеньких стильных кожаных куртках, и смертельно опасные. О последнем мне неистово сигналили все чувства, которые только имелись в наличии.
— Договор никто не отменял, — первым делом заявил я, сжимая в руках ведьмачий нож, который я, к своему великому стыду, забыл вогнать в притолоку входной двери. С другой стороны — может, и удачно, что я этого не сделал.
