Не через перекупщиков, а забравшись на Олимп и заслужив приглашение.
Она могла продать ее за четыреста тысяч долларов. Но сама сумочка обошлась ей дешевле. Когда тебя принимают в привилегированную группу, которой продают их законным путем? Ты не платишь бешеную наценку перекупщикам.
Но сейчас символ всего, чего она добилась, всего чем являлась, был уничтожен.
Девина, прищурившись, посмотрела на место, где находилась сломанная собачья клетка.
Месть будет жестокой.
Откровенно… кровавой.
Глава 51
Стоя перед особняком Братства, Балз прикурил самокрутку Ви и прислонился к все еще зачехленному на зиму фонтану.
Вишес на безвозмездной основе пополнял общий запас сигарет — щедрый жест, учитывая премиальный, очень качественный турецкий табак, а также время и мелкую моторику рук, необходимые для правильной закрутки.
Это — одно из многих благословений, которыми одарили вора, когда он вместе с остальными Ублюдками поселился под этой крышей.
И чем он отплатил гостеприимным хозяевам?
Закрыв глаза, Балз свесил голову и размеренно выдохнул.
Он привел к ним демона. О, Боже… он привел зло в их ряды.
С чего это началось? Когда демон проник в него? Он не знал точно. Может, во время удара током, хотя как электрический разряд создал брешь в душе — он не понимал. Да, он умер… но многие из его знакомых поздоровались с Мрачным Жнецом и не принесли назад подарочек из ада.
В прямом смысле — из ада.
Когда его тревожное беспокойство вспыхнуло с большей силой, Балз принялся усиленно дымить, выдыхая через плечо, пусть по близости и не было пассивных курильщиков.
К Братству и их сообществу он относился с исключительным уважением. Даже, можно сказать, с любовью.
Однако воры и воровство неотделимы друг от друга."
"И очевидно, он достиг такого мастерства в своем преступном деле, что перестал осознавать свои деяния. Потому что, черт возьми, он украл безопасность этих добрых людей в старом особняке, и подобная кража приведет к ужасным, судьбоносным последствиям.
Каким-то образом это убьет их всех.
И в этом — его вина…
— Отпусти.
Вскрикнув, Балз резко развернулся.
— Что?! Дерьмо, Лэсс, чтоб тебя. Не подкрадывайся так со спины.
В ночь, подобную этой, — добавил он мысленно.
Лэсситер вышел из тени, его черно-белые волосы ловили лунный свет, падавший с холодных небес. А, может, сам падший ангел светился как ночной светильник.
— Отпусти это.
Балз нахмурился. Губы Лэсситера не шевелились.
Отпусти это.
— Да что с тобой не так, черт возьми? — Балз сбил пепел с самокрутки.
