Но первый месяц или два мне требовалась разгрузка. Я лежал в своей комнате в темноте и слушал классическую музыку. Мне помогало.
Когда Илин сфокусировалась на ночном небе, Нэйт изучал ее профиль, наблюдая на ее лице знакомую печаль. Скорбь для всех выглядит одинаково, неважно, молод ты или стар, ребенок ты, мужчина или женщина.
— Кого ты лишилась? — спросил он хрипло.
— Я не могу…
Илин замолчала, и Нэйт не удивился, что она не закончила мысль. Точнее, не смогла.
— Я никому ничего не скажу, — поклялся он. — Обещаю.
Казалось, в ее вопросе он мог помочь ей только этими заверениями.
Покачав головой, Илин снова зашагала вперед, опустив глаза, спрятав руки в бледно-серую парку, которую ей выдали в «Безопасном Месте». Ей предоставили полный комплект на холодную погоду — джинсы, водолазку и мягкий свитер. А в той черной мантии, которую она носила, она выглядела слишком маленькой… и от того он чувствовал себя скверно при одной мысли, что ей могли причинить вред.
Ей нужна защита.
Когда она направилась по пути, ведущей через луг, Нэйт не удивился, что Илин повела их в лес, к месту падения метеорита.
И когда они вышли из-за деревьев на опушку, она остановилась только у самого края впадины… Илин долго и молча стояла, и ему пришлось пройтись туда-сюда, когда одну ногу начало сводить.
— Мне пришлось его оставить, — сказала она внезапно. — У меня не было выбора.
У Нэйта свело внутренности… и все же он не был удивлен. Абьюзеры среди мужчин — причина существования «Безопасного Места» и Дома Лукаса.
И, слава Богу, что она смогла спастись.
— Ты должна была спасти себя. — Он изучал ее красивое лицо и то, как лунный свет превращал ее белые волосы в серебро. — Слава Богу, ты в безопасности.
Когда Илин снова замолчала, он понял, что она мысленно переживала тот кошмар, и ему захотелось обнять ее.
— Я должна была спасти нас обоих. — Она провела рукой по лицу. — Он не собирался бросать меня, и для него было опасно приближаться ко мне. Я несу опасность.
Нэйт отшатнулся.
— В смысле? — Он взял ее за руку.
— Это не так. Не позволяй никому внушать тебе это.
Спустя мгновение она посмотрела ему в глаза.
— Нэйт, ты меня не знаешь.
Мрачное выражение на ее лице заставило его помедлить. Но потом он отмахнулся.
— Я знаю тебя, будь уверена. И что бы тот абьюзер не говорил тебе, это ложь. Тебе больше нельзя с ним встречаться…
— Абьюзер? — Илин нахмурилась, а потом покачала головой. — О, нет. Он был добр ко мне. Слишком добр. Он был готов отдать жизнь за меня.
