Но правда заключалась в том, что она также хотела исправить свою ошибку. Она запустила механизм, который в итоге привел к его трагической смерти: после этого особенно жестокого спора он ушел… а затем, в какой-то момент времени, пересекся со своим убийцей.
С проклятием Мэй вспомнила ужасные дни ожидания, когда она сидела на жестком стуле на кухне и молила о его звонке. А потом ночи в попытках поработать за своим столом, в ожидании, когда дверь откроется, и Роджер вернется домой.
Последнее, в конце концов, случилось… спустя почти две недели после его исчезновения.
Сначала Мэй почувствовала запах свежей крови, а затем услышала шаги. Выскочив из своей комнаты, она пересекла коридор в тот момент, когда ее брат рухнул, перешагнув за порог, она не видела ничего страшнее его дрожащих ног и раскоординированного тела.
— Роджер, — прошептала она.
Если бы он не вернулся домой, чтобы умереть уже здесь? Она бы никогда его не нашла. Она провела бы остаток своей жизни, прислушиваясь к двери, застряв в этом доме — потому что он мог найти ее только здесь — удивляясь, воображая и мучая себя тысячей разных плохих исходов.
— Я все исправлю, — прошептала она ему. — Обещаю.
Поднявшись на ноги, Мэй застонала от боли, словно болел каждый мускул ее тела, но это на самом деле не так. Ныли только ее плечи, и мгновение она пыталась понять, в чем причина.
Потом она вспомнила, как стояла на пороге коттеджа. С Сэвиджем. Стреляла по тени.
— Я вернусь завтра вечером, — сказала она Роджеру. — Я должна убедиться, что с Таллой все в порядке.
Это… длинная история.
Тот факт, что она сделала паузу, ожидая от него ответ, заставил Мэй почувствовать себя истинной сумасшедшей. Поэтому она направилась в свою комнату и быстро собрала сумку с вещами на день. По правде говоря, ей не терпелось выйти из дома, из-за чего она чувствовала себя виноватой. Но, ради всего святого, Роджер даже не подозревал, что она оставляет его в полном одиночестве. Кроме того, ей лучше находиться подальше от тела. Вдруг появится одна из этих теней?
Если она не сохранит его тело в целости и сохранности, ей будет нечего воскрешать.
Черт возьми, какой жизнью она жила.
В гараже Мэй сделала глубокий вдох…
Запах испорченного мяса подпитал ее паранойю: неужели ее преследовал целый легион нежити? Боже милостивый, зачем она прогнала такое оружие, как Сэвидж? Она была совершенно беззащитна…
Мэй повернула голову. В сторону мусорной корзины в углу.
— Сегодня четверг, — пробормотала она. — День вывоза мусора.
