Почему ты в тот день, когда пришла к нам, была в очках? А вчера и сегодня — без?
Марина даже рассмеялась.
— Мог бы и сам догадаться. У меня миопия. Средней степени. Я иногда ношу очки, иногда надеваю контактные линзы. Зависит от ситуации. Удовлетворила? — Андрей кивнул. — Мой вопрос. Какая у тебя фамилия?
— Погоди. На звоночек отвечу.
И без перехода в динамиках раздался хриплый мужской голос.
— Лопата, здоров. Есть вопрос на миллион.
— Срочный? — отозвался Андрей.
— Занят? — сообразил голос из динамиков.
— Да. Если вопрос ждет минут сорок…
— Ждет.
— Тогда наберу, как освобожусь.
Марина задумчиво смотрела на телефон Андрея, закрепленный на передней панели. Было неожиданно, что у этого потрепанного джипа есть система громкой связи.
— Сам заколхозил, — Андрей угадал ее мысли. — Ну, с Саниной помощью. Терпеть не могу эти маленькие наушники, они мне в ухе мешают.
Какой законопослушный. Хотя правило «За рулем нельзя пользоваться мобильным телефоном без устройств hands-free» написано кровью. И соблюдать это правило — вопрос здравого смысла.
— Так какая твоя фамилия?
— Ты ее только что слышала.
Марина нахмурилась.
— Лопата?
— Лопатин. Но все друзья называют меня Лопатой. Остроумные же.
Марина улыбнулась. Ох уж эти остроумные люди.
Машина остановились, и Андрей констатировал очевидное:
— Приехали.
***Марина не собиралась больше общаться с Андреем. О чем и зачем? Машину ей сделали, претензий у нее нет. Как говорится, всем спасибо, расходимся. Но сработал закон парных случаев. Сколько времени она и Андрей живут в соседних домах? Марина сюда переехала два года назад, после развода.
Не потому, что пришлось делить квартиру, хотя теоретически она была приобретена в браке. Просто так устроен у юриста мозг — как бы ни был ты раздавлен, практически уничтожен эмоционально, но вот та вредная часть мозга (хотя, на самом деле, очень полезная), которая всегда читает то, что написано мелким шрифтом — так вот она, эта часть — непотопляема."
"И хотя Марина загибалась, задыхалась от боли из-за предательства Мити, решить квартирный вопрос в свою пользу это Марине не помешало.
От каких бы то ни было претензий на совместно нажитую недвижимость Митя отказался и так и ушел в новую прекрасную жизнь с новой женой — условно голым и босым. В смысле, без жилья. Ну, ничего, он мальчик взрослый, сам как-то справится. Марина принципиально запретила себе отслеживать дальнейшую жизнь Мити, хотя первые месяцы это давалось очень тяжело. Все-таки семь лет вместе прожили. Семь.
