И хотя можно сказать, что психически больной человек, устроивший стрельбу в школе, или впавший в состояние аффекта и развязавший драку с непредсказуемыми последствиями пьяный муж, внезапно узнавший об измене жены, – оба совершили злодеяния, речь сейчас идет не об этом. Речь идет о сознательном насилии, причиняя которое агрессор наслаждается и черпает в этом силу. И хотя всякого рода членовредительство и прочее жестокое обращение с человеческим телом само по себе ужасно, ущерб, о котором мы говорим сейчас, выходит далеко за рамки физического.
В своей книге «Люди лжи: надежда на исцеление зла» (People of the Lie: The Hope for Healing Human Evil, 1983) М. Скотт Пек, получивший образование психиатра в Гарварде и к тому времени уже являвшийся автором бестселлера «Непроторенная дорога» (The Road Less Traveled, 1978), писал:"
"«Когда я говорю, что зло связано с убийством, я не ограничиваю свои рассуждения только физическим аспектом этого действия. Зло – это то, что убивает дух. Существуют различные неотъемлемые атрибуты жизни, особенно человеческой жизни, такие как способность чувствовать, передвигаться, наличие сознания, рост/взросление, проявление самостоятельности, свобода воли.
Можно убить или попытаться убить что-то из этого в человеке или в животном, фактически не разрушая его тело. То есть можно сломать лошадь или даже ребенка, не повредив ни волоска на его голове».
В истории, которую вы пишете, смерть, конечно же, может быть разрушительной. Мне не нужно напоминать об этом тем, кто смотрел фильм «Горбатая гора» или мультфильм «Вверх» (Up, 2009) студии Pixar, или слышал о «Ромео и Джульетте» (Romeo and Juliet, 1595) Шекспира, или читал детскую книгу «Паутина Шарлотты» (Charlotte’s Web, 1952).
Но при этом мы не можем до конца осознать, что, собственно, это значит – быть мертвым. Это может быть непонятная пустота. Или место на небесах. Или что-то еще в этом роде… Возможно, поэтому в хороших историях зачастую бывает более сложно пережить сознательный отказ персонажа от жизни, духовное и психологическое поражение героя, чем даже его физическую смерть.
И когда такое страдание намеренно причиняется злым существом, оно вызывает в нас бурю ответных эмоций: ярость, печаль, замешательство, боль. А за всем этим набором чувств стоят жалость и страх, которые Аристотель обозначил как две отличительные черты трагедии: когда мы видим, как персонажу причиняют боль, мы жалеем его и боимся, что это может случиться и с нами.
