Из рук вырвались два потока пламени, которые в тот же миг начали уплотняться. Несколько секунд ожидания, и они превратились в два двуручных меча, раскалённых добела. Воздух вокруг исказился под напором жара, но Лане он не причинял никакого вреда.
Лана хищно усмехнулась, резко взмахнула клинками, проверяя их работу — один удар, и ближайшая каменная стена буквально оплавилась, пропуская через себя клинок. Этого было достаточно. Она выскочила на площадь перед пробоем, где вовсю уже резвился я.
Перепрыгнув в изнанку, я направился к центральной площади форта, если и искать виновников, то только там.
Стоило мне только подняться в воздух, как в поле зрения попали три мощных силуэта. Они стояли в самом её центре и раздавали указы. Три цветных крома… А вот и ответ. Вот почему они смогли взять наш форт. Три усиленных Альфы в одном месте… Если добавить сюда сотни ледяных, которых прикрывала погода…
— Кто вас послал сюда? — задал я вопрос, приземлившись напротив.
Это был единственный вопрос, который меня по-настоящему интересовал в эту секунду.
Ответ я, конечно, знал, но мне нужно было услышать его из уст этих ублюдков. Нужно было, чтобы сомнения умерли. Чтобы я мог без оглядки потерять остатки человеческого облика.
— Посланник? — один из них посмотрел в мою сторону. Его глаза расширились. Он меня точно узнал. — Убить его! — выкрикнул он, взмахнув рукой, но было уже поздно.
Я позаботился о казни этих ублюдков заранее. Слишком уж удобно они встали, выстроившись почти в ряд, как будто сами умоляли их прикончить.
За пару секунд до приземления я подкинул вверх энергетическую сеть. Она раскрылась в воздухе, вспыхнув зловещим синим светом, и обрушилась прямо на троих кромов, окутывая их тела магическими нитями.
Собственно, это и был мой план. Отвлечь троих идиотов, чтобы они не обратили внимание на смерть, падающую им прямо на головы.
— Кто вас послал⁈ — рявкнул я повторно, уже не рассчитывая на ответ.
Один из них — самый крупный, попытался сдёрнуть сеть, схватившись за неё пальцами.
Зря. Едва его пальцы коснулась нитей, сразу же отделились от тела и попадали на землю. Он заорал от боли, но это было лишь начало.
Это была не агония, а жалки скулёж побитых шавок. Они начали корчиться, припадая к земле, пытаясь отползти, хотя бы на шаг. Но сеть не отпускала. Она резала их, входя в плоть, как горячие нити в масло. Секунда за секундой, сантиметр за сантиметром — пока тела не распались на осколки.
